Женщина встала, совершила утренний моцион, прошла на кухню, где дроид уже подготовил завтрак. Шми проверила камеры наблюдения, прослушала отчеты боевых дроидов, подаренных ее сыновьями… При мысли о ее красавцах женщина нежно улыбнулась, делая глоток сока, и тут же поморщилась: любимый напиток немного кислил и вызывал тошноту.
Шми тщательно понюхала сок, сделала глоток… И тут же промчалась в освежитель, еле успев вывернуть завтрак в унитаз. Отдышавшись, женщина привела себя в порядок, подумала, стоя возле стены… Нехорошо. В голове завертелись мысли о том, что симптомы ей знакомы, но она отбросила их как полностью идиотские. В конце концов! Ей пятьдесят, она в очень хорошей форме и даже здоровее, чем в молодости, и у нее есть супруг, с которым она счастлива во всех отношениях, но!
Клигг отсутствует уже два месяца.
А чудо два раза не повторяется, иначе это уже не чудо, а что-то другое.
Впрочем, сейчас она все проверит, благо ее мальчишки притащили дроида-медика, и он очень хорош.
Вердикт, выданный ей через час и троекратную проверку результатов анализов, заставил истерически рассмеяться.
Она беременна, и срок – три недели.
Кто там сказал, что чудо не повторяется?
Если бы Оби-Ван мог убить Палпатина еще раз – он бы это сделал. Медленно и неторопливо. Три недели… Ровно столько времени прошло с тех пор, как мерзость отправилась в ту клоаку, которая его породила, вместе с его приспешниками, а у Оби-Вана прибавилось седых волос и нервотрепки.
С одной стороны, были хорошие новости… Узнав о гибели своих предводителей, сепаратисты тут же поджали хвосты и согласились на переговоры, сваливая вину на покойников и уверяя в самых честных и лучших своих намерениях. С другой стороны… Дуку и Сидиус нашли способ нагадить даже из могилы: судя по отчетам специалистов, приказ бомбить Храм и Сенат был отдан до того, как Кеноби со Скайуокерами попали на «Призрачную длань».
Что хуже всего, Кеноби ощущал, что им все еще грозит возможная опасность. Он видел варианты будущего, где Храм был превращен в гигантскую братскую могилу, он видел клонов, сеющих смерть и разрушение, но не мог нащупать причину такого дикого развития событий. Будущее все еще было неустойчивым, но мужчина знал, что скоро найдет решение и разгадку.
Принятие самого себя словно разрушило плотину, построенную в его сознании. Все те ограничения, которые он сам на себя навешал под заботливым руководством окружающих, медленно, но верно рассыпались под его напором, что принесло новые открытия и возможности, а также проблемы.
Оби-Ван всегда был силен в Объединяющей Силе, но его видения зачастую были размытыми и нечеткими, однако теперь он не только видел, но и помнил, и мог проанализировать. Годами подавляемый дар развернулся во всю свою мощь и продолжал набирать обороты, что помогало хоть как-то навести порядок в этом дурдоме.
Атака на Корусант, закончившаяся таким страшным и неожиданным образом, принесла массу проблем. Одним махом уполовиненный Совет, пострадавший Сенат, гибель лидеров сепаратистов и канцлера, разрушения на планете…
Всего этого было слишком много, но Кеноби чувствовал, что произошедшее – та самая малая кровь, очень небольшая плата за жизни и благополучие остальных.
Из старого состава Высшего Совета остались сам Кеноби, Пло Кун и Кит Фисто с Шаак Ти. Депа Биллаба до сих пор лежала в коме, Луминара Ундули погибла, а Энакин, которого Совет принял в свои нестройные ряды под давлением канцлера… Он просто не считался. Оби-Ван только кивнул одобрительно, когда Скайуокер, пряча глаза, отказался от этой огромной чести и дикой ответственности. Что поделать, парень все-таки понял, что он не то, что не магистр, а даже и не мастер. Он и рыцарем стал только из-за войны…
Что с того, что ему дали падаванов?
Он с собой совладать не может, что уж говорить о ком-то другом. Люк одобрительно обнял брата, гордясь, о чем и заявил, заставив Энакина покраснеть от удовольствия. Теперь, после гибели Палпатина, после долгого и обстоятельного разговора (и не одного) с Кеноби, после первых пробных сеансов с целителем разума… Ему было о чем подумать.
Впервые за долгое, долгое время.
Результатом размышлений стало понимание того, что место, которое он так жаждал получить – то самое звание члена Высшего Совета, было не более, чем крайне изощренной и извращенной насмешкой. Палпатин дал ему то, что ситху не принадлежало, и таким образом, что это выглядело просто подачкой и фальшивкой. Стать тринадцатым советником в Совете, где изначально есть только двенадцать…
Палпатин, должно быть, смеялся до колик, когда его афера увенчалась успехом.
Впрочем, в смирение своего бывшего падавана Оби-Ван не очень верил, зато он верил в то, что доведенная до ручки постоянным напряжением, попытками скрыть брак, давлением в Сенате и ужасами войны Падме наконец-то приняла волевое решение открыть галактике то, что для многих давно не было тайной. Проще говоря, она объявила о замужестве. Атака на Сенат, которой женщина избежала просто чудом, стала последней каплей, и Падме воспользовалась моментом.
