— Ой, — пискнула она от боли, терпимой, но все же ощутимой, как будто обожгло внутри, одна маленькая слезинка потекла по её щеке.
— Больно? — остановился он, тяжело дыша и сдерживаясь из последних сил.
— Больно, но не настолько, чтобы выцарапать твои глаза… Продолжай, милый… — выдохнула Гермиона, сжимая бёдрами его за пояс.
— Потерпи, Киса, — простонал Драко благодарно и осторожно задвигался в ней, крепко обнимая.
Гермиона вцепилась в его спину ногтями, оставляя даже через рубашку красные полосы, а внизу было и сладко и немного больно, но его движения в ней так возбуждали её, что гриффиндорка расслабилась и отдалась во власть его рук и тела. Она целовала его щеки, губы, а он жадно отвечал ей, прерывисто дыша ей в рот. Это было приятно, необычно, странно и при этом прекрасно, возбуждающие волны наслаждения накатывали на неё. Она выгнулась и застонала, когда внутри что-то сорвалось.
— Мне сносит крышу от тебя… Чёрт! Грейнджер! — Малфой не выдержал и со стоном кончил в неё.
— Ах… Как хорошо… — выдохнула она, когда он свалился рядышком.
— Хорошо, это не то слово! — он тяжело дышал.
Они лежали рядом, его пальцы переплелись с пальцами её руки, и он крепко пожимал её ладонь, приходя в себя.
— Почему-то так сильно хочется пить… — проговорила Гермиона, облизывая резко пересохшие губы.
— Я читал, что организм теряет жидкость, когда происходит оргазм… У нас есть ещё шампанское, будешь? — бормотал он лениво.
— Давай!
Малфой достал своей длинной рукой бокал и протянул ей:
— Давай выпьем за твой первый раз! И чтобы не последний…
Гермиона усмехнулась, выпила пару глотков игристой жидкости и, вдруг, увидела свою кровь на его теле.
— Моя кровь… На тебе… — она ждала, как же отреагирует на это ценитель и поборник чистой крови.
Драко дотронулся до своего чуть опавшего члена и провел по нему, собирая капли пальцами. Его глаза внимательно разглядывали красные мазки.
— Это ценная штука — кровь ведьмы-девственницы… Кажется, её собирают для каких-то омолаживающих зелий… — проговорил он, посмотрев на девушку из-под длинных ресниц.
— Смотри не превратись в младенца! — усмехнулась Гермиона — он не стал брезгливо обтираться, это было странно и почему-то порадовало её.
— Только, если ты будешь кормить меня грудью, Киса! — он протянул другую руку к её обнаженной груди и коснулся розового соска.
— Я предполагаю, ты будешь ненасытным младенцем! — хихикнула девушка, шлепая его по ладошке.
Гермиона достала свою палочку и очистила себя, и заодно и его. А потом вдруг подумала — а если он хотел оставить это, как доказательства того, что спал с ней. Но Малфой лишь качнул головой в благодарность о её заботе.
— Ложись, отдохни, второй раз всегда лучше… — ухмыльнулся он и потащил её обратно к себе, схватив за тонкую талию, но она выскользнула из его объятий.
Гермиона встала перед ним полностью обнажённая, только в маске на лице и с кошачьими ушками в кудрявой шевелюре, с которой сыпались виноградинки. Она хитро закусила губу и, схватившись за неширокую балку, поддерживающую крышу посреди небольшого помещения, покрутилась вокруг. Лунный свет освещал её тонкую стройную и очень ладную фигурку.
Драко смотрел на неё открыв рот, забыв обо всем на свете. Красивая… Нежная… Волшебная…
— Киса… Ты прекрасна… — прошептал он.
— Ты что-то сказал? — промурлыкала Гермиона, кружась в лунном мерцающем свете.
— Иди ко мне… — проговорил Драко хрипло, чувствуя, что хочет её ещё сильнее.
— Нет, Котик…
— Кис-кис-кис, иди ко мне, у меня есть вкусненькое… — поманил он её пальцем.
— Нет… Ты обманешь наивную Кису… — игривым голосом ответила она, крутясь перед ним.
— Я хочу сладко целовать кискину киску и кискины сиськи… — голодно облизнулся он.
— Грубый Котик… — хихикнула девушка.
— Иди сюда… — Он погладил тёплую мантию на которой они лежали. — Я согрею тебя, моя нежная Киса…
— Мурр… — она легко скользнула к нему под бочок, и Малфой с огромным удовольствием накинулся на её губы.
— Моя мягкая кошечка…
— Мой белый пушистик…
— Ты меня не опоила амортенцией случайно? Я снова хочу тебя… — бормотал Драко, обхватывая губами острую вершину её груди.
— Сегодня ты меня опаиваешь… — охнула она.
— Я пробовал тебя на вкус… Значит, твои соки и есть Амортенция… — проворковал он.
— Ооо… Мерлин… Ты сейчас довёл до оргазма мои уши… Котик… Я тоже хочу тебя… — застонала Гермиона.
Она таяла в его горячих руках, а он был нежен как никогда и ни с кем. Его губы вновь и вновь ласкали ее тело. Драко, с наслаждением впитывая каждый её вздох и стон, ласкал Гермиону, покрывая поцелуями все её прекрасное тело от кончиков пальцев ног до волос на голове. Второй раз ей понравилось куда больше, чем в первый. Боль утихла, все прошло быстро, как у кошки. Он медленно вошёл в неё, целуя её губы, срывая её тихие стоны и приглушеные всхлипы.
Она слушала, как он хрипло дышит ей в ухо, сладко целует её и гуляет в её рту языком, нежно лаская, а его член в ней творит такое, от чего она взлетает все выше и выше.
