— Извините, но я не припоминаю, чтобы сегодня днем вы демонстрировали обувь. Вы одна из…
— Я манекенщица, — равнодушным тоном проговорила девушка.
— Но…
— Слушайте, мы ругаться будем или станем друзьями?
— Я бы предпочел дружбу.
— Вот затем-то я и пришла сюда, дорогуша, — сказала рыжая. — И все же я хотела бы, чтобы вы были покупателем.
— Итак, — проговорил Хенгман, — после того, как все сказано и сделано, у нас остаются еще дела, не так ли? Все веселятся, забыв про былые раздоры. У нас была демонстрация, а теперь мы развлекаемся, и именно так все и должно быть. Я прав?
— Ты прав, Борис, — сказал Эд Познанский.
— Какой смысл убивать самого себя? Или, может, у нас не одна жизнь, а больше? Мы живем на этой земле только один раз, запомни это, Эд. А потому жить надо в свое удовольствие. Это мой принцип.
— Ты абсолютно прав, Борис, — хмельным голосом сказал Познанский. — Кстати, Борис, некоторые называют тебя глупым сукиным сыном, но я всегда отвечаю им, что они не правы. У тебя есть мозги, Борис. — Познанский постукал себя по виску.
— Кто называет меня глупым? — спросил Хенгман.
— Ну, как они смотрятся? — спросила блондинка, застегивая платье.
— Дорогуша, — ответил Аарон, — поверь мне, они просто не могли бы смотреться лучше. Не могли бы, даже если бы ты этого захотела.
— Фетишисты по части грудей, — с отвращением сказала блондинка. — Эти чертовы компании, производящие лифчики, создают страну почитателей бюста. Знаете, мистер, как бы мне хотелось жить на Бали или где-нибудь еще в этом же роде. Я бы бегала повсюду с этими чертовыми штуковинами, болтающимися у меня возле колен, и мне не пришлось бы каждый раз напяливать на себя эту сбрую. Знаете, в этой стране я могла бы устроиться манекенщицей в любую компанию, производящую бюстгальтеры. Но я этого не делаю. Вместо этого я предпочла рекламировать обувь. И знаете почему? У меня нога размера 4-В, и как же, черт побери, это сочеталось бы с бюстом размера 38-С? Невозможно. А знаете, вы умеете слушать.
— Спасибо, — сказал Аарон.
— Кроме того, мне не нравится дефилировать перед покупателями в одном нижнем белье. Одно время я рекламировала одежду, но даже это показалось мне мукой со всеми этими дегенератами, которые так и норовят ухватить тебя за ногу всякий раз, как опускают взгляд на край юбки. С обувью гораздо безопаснее, поверьте мне. А уж чем я занимаюсь в свободное от работы время, это мое личное дело, правильно?
— Вы абсолютно правы, — согласился Аарон.
— А вы к тому же еще и сообразительны. Знаете, вы чем-то похожи на потерявшегося щенка.
— Спасибо, — сказал Аарон.
— Вы хотите выйти туда, к этим дебилам? — спросила она.
— Ну…
— Половины из всех этих девушек я сегодня вообще не видела. Не скажете же вы мне, что все они манекенщицы обуви.
— Скажу по секрету — далеко не все.
У блондинки вытянулось лицо.
— И к тому же почти ни у одной нет приличного бюста. Знаете что, давайте останемся здесь. Идите стащите бутылку, и мы с вами потихоньку напьемся.
— А домой вам еще не пора?
— Разумеется, пора, — сказала блондинка. — Но какое это имеет отношение к выпивке в обществе друга? — Она принялась одергивать платье, и окружья ее грудей заколыхались в такт каждому движению.
— Э, да посмотрите, кто к нам пришел! — воскликнул Макуэйд. — Грифф, приятель, как дела?
— Спасибо, нормально, — сухим тоном ответил Грифф. — Вы знакомы с Карой Ноулс?
— Красивейшая женщина Джо, — сказал Макуэйд, кланяясь в пояс. — Рад вас видеть с нами, Кара.
— Спасибо, — ответила та.
— Мардж, познакомься с Карой, — сказал Грифф. — Кара — это Мардж.
— Мы уже встречались, — с улыбкой проговорила Кара.
— Ну, как ты себя ощущаешь? — спросил Грифф у Мардж.
— Все прекрасно, — ответила Мардж, чуть приподнимая плечи и прижимая руки к груди, словно обнимая плюшевого мишку. — Прекрасно, прекрасно. — Немного напитка выплеснулось через край ее бокала, она быстро поднесла его к губам и отхлебнула, чтобы понизить уровень жидкости.
— Ты очень хорошо смотрелась сегодня на подиуме, — сказал Грифф.
— Он явно недооценивает вас, — сказала Кара. — Мне кажется, вы были лучшей манекенщицей на сегодняшней демонстрации.
— Ну, — проговорила Мардж, просияв. — Спасибо вам, моя дорогая. Я готова прижать вас к своей груди.
— Как действует мартини? — как бы мимоходом спросил Грифф.
— Уже четвертый, — с улыбкой проговорил Макуэйд, — но это отнюдь не отразилось на ее зрении. Наша маленькая Мардж — крепкая девушка.
— Ты бы полегче с этим, — сказал Грифф, понижая голос.
— О, Грифф, я так счастлива! — воскликнула Мардж. — Не будь вонючкой, а то ты все испортишь. Мак, принесите мартини Гриффу. Грифф, ты даже не представляешь, я просто пьяна от счастья.
— У вас есть основания чувствовать себя счастливой, — заметила Кара.
Макуэйд обнял Кару одной рукой.
— Вы редкое создание, мисс Ноулс, — сказал он. — Женщина, без зависти и злобы признающая триумф другой женщины. Да, крайне редкое создание.
— Меня просто переполняет злоба, — с улыбкой проговорила Кара. — Несправедливо, когда у какой-то другой женщины такие ноги.
