— Помимо прочего, это дешево.
— Нет, нет, сейчас это очень даже дорого. Времена, когда здесь обитали бедные художники, давно и безвозвратно миновали. Все владельцы домов знают, что люди сегодня рвутся в Виллидж, и заламывают такие цены! Ну, ты сам увидишь. А знаешь, я уже окончательно протрезвела.
— Рад слышать.
— Я тоже. Быть пьяной весело, но я предпочитаю оставаться самой собой.
Уже в начале лестницы она принялась копаться в своей сумочке.
— Я живу на четвертом этаже, так что следи за своим дыханием.
— Понял.
— Слева от тебя апартаменты моей квартирной хозяйки. Сейчас она, наверное, пьяна. Как, впрочем, и всегда.
— Гм-м.
Они поднимались в размеренном темпе. На третьем этаже Мардж сказала:
— Приготовь свою кислородную маску.
— Есть, — ответил Грифф.
Добравшись до четвертого этажа, они подошли к двери в самом конце коридора. Мардж вставила ключ в замочную скважину и повернула его. Грифф распахнул перед ней дверь. Она поклонилась и сделала величественный жест одной рукой, подобно курьеру в присутствии королевы Елизаветы.
— Входи. Не ахти что, конечно, но здесь довольно уютно.
Она щелкнула выключателем, и они вошли в маленькую квартирку.
— Это кухня. Прошу тебя, не обращай внимания на грязную посуду в раковине.
— Я ее даже не заметил.
— А здесь комбинация гостиной, столовой и спальни. Туалет, если понадобится, справа от тебя. — Она сняла пальто и повесила его в один из шкафов. — Ваше пальто, сэр.
Грифф принялся снимать пальто, и Мардж заметила, что он никак не может расстегнуть пуговицы.
— В чем дело?
— Нет, ничего.
— Дай-ка мне взглянуть на твою руку.
— Да нет, все…
— Позволь, я все же взгляну. — Она взяла его руку, и глаза ее округлились. — Так он все же поранил тебя! О, грязный ублюдок. — Она пристальнее вгляделась в ладонь. — Да ты сам посмотри, рука вся распухла.
— Это пройдет.
— Что же мы можем сделать? Горячей водой? Да, горячей водой и борной кислотой.
— Я не думаю…
— Дай-ка я помогу тебе с пуговицами.
Она расстегнула его пальто, потом стянула его с плеч Гриффа и повесила в шкаф рядом со своим, после чего задвинула шторки перед дверью.
— Садись. Сейчас я приготовлю кофе, и мы приступим к лечению. Я ведь когда-то собиралась стать медсестрой, тебе это известно?
— Нет.
— Вот так. А зачем ему понадобилось это делать, Грифф?
Грифф пожал плечами.
— Это… Это каким-то образом связано со мной, да?
— Нет.
— Связано, так ведь?
— Нет. Он просто демонстрировал свою силу, вот и все.
— Зачем?
— Ну, это было что-то вроде теста. Мистер Макуэйд сильный мужчина, а сильные люди должны постоянно проверять свою силу, дабы убедиться, что она не пошла на убыль.
— А куда… куда он вел меня? — неожиданно спросила девушка.
— Я не знаю.
— Зато я, кажется, догадываюсь. — Она прикусила губу. — Кажется, я вела себя как последняя дура.
— Да нет, Мардж. Честно, ничего такого. Ты перебрала, вот и все. В конце концов, у тебя было право основательно выпить.
— Ну что за дура!
— Никакая ты не дура.
— И ты оказался прав насчет Макуэйда, не так ли?
Грифф ничего не ответил. Несколько секунд она неотрывно смотрела на него, после чего направилась к плите.
— Я пью растворимый кофе. Это ничего?
— Прекрасно.
Она поставила чайник на огонь, после чего наполнила водой кастрюлю и тоже поставила ее на плиту. Пройдя к столу, Мардж села напротив Гриффа и нежно прикоснулась к его распухшей руке.
— Бедный Грифф.
— Ничего, выживу, — беззаботно проговорил он.
— Знаю, что выживешь, — неожиданно серьезным тоном сказала она. — Ты ведь у нас рыцарь в сияющих доспехах. И ты бросился спасать благородную даму.
— Об этом я даже не думал. По правде сказать, мне просто хотелось увезти тебя домой.
— Вот ведь врунишка.
— Я моллюск.
Мардж рассмеялась:
— Ты очень милый, и я благодарна тебе за то, что ты сделал. Не то чтобы… ну…
— Что?
— Не то чтобы я была какая-то особенная. Я хочу сказать… о, черт, разве это так важно? Разве я чем-то отличаюсь от любой другой женщины? Но сама по себе идея отдать все это Макуэйду…
— Да, — кивнул он.
— Я смущаю тебя?
— Нет.
— Смущаю, я же вижу. Ты действительно очень милый, Грифф. Я знаю, большинству мужчин не нравится, когда их так называют, но ты действительно очень милый. Не могу даже начать говорить тебе, до какой степени ты милый. — Она сама удивилась, обнаружив, что к глазам подкатили слезы. Она закусила губу и отвернулась. — Пойду принесу чашки.
Достав из буфета две чашки и два блюдца, она вернулась к столу.
— У меня даже тортика никакого нет, — сказала Мардж.
— Никогда не любил торты.
— А даже если бы и любил, все равно сказал бы, что не любишь.
— Нет, правда, я не люблю торты.
— Ну ладно.
— Я правду говорю.
Мардж улыбнулась, чувствуя, как в груди ее разливается приятное чувство нежности.
— Хорошо. — Она взяла с полки кофейник и разлила кофе по чашкам. — Тебе с сахаром?
— Да, полторы ложки.
— Я люблю все класть в чашку заранее. Как-то я купила сухие сливки, положила их в чашку, потом кофе и сахар, и залила все кипятком. Иногда получается прямо-таки волшебная картинка. Глупо, конечно.
— Нет, Мардж, я так не считаю.
