И потому по обе стороны Атлантики было принято решение не бомбардировать Освенцим. Но, что еще важнее, было принято решение даже не рассматривать возможность бомбардировок Освенцима. Не было проведено ни тщательной воздушной разведки лагеря, ни проверки технической возможности осуществления операции, ни каких-либо доскональных исследований в плане оценки различных вариантов. Неизбежно создается впечатление о том, что внимание обоих правительств было сосредоточено на иных вопросах (за единственным исключением, возможно, Уинстона Черчилля, хотя даже он больше не стал возвращаться к этому вопросу после письма, в котором требовал «выжать из ВВС все, что можно»). Конечно, и у британцев, и у американцев в июле 1944 года забот хватало: неусыпного внимания требовало продвижение войск союзников по территории Нормандии. Красная Армия уже стояла у ворот Варшавы, а польская Армия Крайова взывала о помощи. А 20 июля на Адольфа Гитлера было совершено покушение – прямо в его главной ставке в Восточной Пруссии. У военно-воздушных сил Западных союзников был целый ряд приоритетов примерно одинаковой степени важности, и нетрудно заметить, как и в Лондоне, и в Вашингтоне постепенно укрепились в позиции, что лучший способ уничтожить Освенцим – игнорировать лагерь как таковой, а все усилия бросить на то, чтобы одержать победу в войне на суше. Все вышесказанное соответствует действительности, однако мотив, лежащий за отказом прислушаться к призывам сбросить бомбы на лагерь, похоже, носит куда менее привлекательный характер: и отсутствие должного внимания, и пренебрежительный тон в некоторых документах, – все это создает устойчивое впечатление, что никто серьезно не задавался целью организовать бомбардировку Освенцима.
Официальные лица, с такой легкостью отмахнувшиеся от призывов сбросить бомбы на Освенцим, несомненно, были бы поражены тем, какая солидная академическая база наработана по этому вопросу на сегодняшний день. Данный вопрос пустил настолько глубокие корни в общественном сознании, что один ученый, обращаясь к еврейской аудитории, говорит о том, что «многие убеждены: бомбардировка лагеря спасла бы значительную часть из шести миллионов погибших евреев»31. Вопрос о бомбардировках стал чем-то большим, чем простое обсуждение целесообразности, и даже приобрел определенную символичность – доказательство того, что Западные союзники могли бы предотвратить гибель евреев, но предпочли этого не делать. Вот почему данный вопрос требует тщательного и взвешенного анализа, чтобы предотвратить возникновение и распространение нового мифа о том, что «многие из этих шести миллионов» действительно могли бы быть спасены благодаря бомбардировкам.
Разумеется, проверить целесообразность бомбардировки Освенцима авиацией Союзников невозможно по простой причине: бомбардировки не проводили. Таким образом, мы оказываемся на территории контрфактуальной, или альтернативной, истории – то есть, на территории, на которой мало что можно утверждать наверняка. Хотя, похоже, существует общее экспертное мнение о том, что бомбардировка железнодорожных путей к Освенциму ничего не дала бы, ведь нацисты просто перевели бы поезда на другую ветку, а старую быстро отремонтировали бы, – однако в отношении бомбардировки собственно газовых камер такого единодушия нет. В результате появляются многочисленные страстные статьи, в которых перечисляются подробности неимоверной трудности совершения воздушного налета с использованием либо самолетов ВВС США «Боинг В-17», либо В-24, либо легковооруженных британских «Москито»32. В то же время другие публикации категорически опровергают существование технических препятствий и выдвигают версию о том, что бомбардировки вполне могли разрушить крематории целиком33. Как и в большинстве случаев с контрфактуальной историей, определенного ответа здесь быть не может.
Но, к счастью, один проход через этот лабиринт все же существует – по крайней мере, если принять во внимание момент времени, в который звучали самые страстные и настойчивые мольбы к Западным союзникам провести бомбардировки лагеря. Если учесть время доставки «Освенцимских протоколов» Западным союзникам, а также решения Хорти о прекращении депортации венгерских евреев в Освенцим, достаточно логичным кажется предположение о том, что бомбардировка ни самого лагеря, ни железнодорожных путей к нему не смогли бы предотвратить гибель венгерских евреев. Дело в том, что подробная информация слишком поздно дошла до союзников (например, депортации из Венгрии официально прекратились 9 июля, а британский министр военно-воздушных сил дал отрицательный ответ Идену на предложение сбросить бомбы на Освенцим 15 июля).
