— Вы только посмотрите, она забыла, кто она такая! — Местные актёры рассмеялись. — Давай тогда я скажу прямым текстом: вы права не имеете выступать в таком большом городе, как крепость Длинной Песни! К тому же здешний театр — не место для таких вульгарных и бездарных пьес вроде «Дневника Ведьмы»! Это же не пьеса, а брехня взбесившихся собак! Кому вообще захочется на это смотреть? Ею только аппетит испортить можно! Давайте, катитесь отсюда в Пограничный город, да побыстрее, всем только лучше будет!
— Ты!.. — от злости Ирен покраснела. — Ты что назвала бездарной пьесой? Ты что, не слышала аплодисментов из зала?
— Зала, а? — ощерилась Белла. — Ты называешь тех людишек, которые работают лопатами да мотыгами, копаясь в земле, «залом»? Да я сейчас от смеха лопну! Их мнение ценно настолько же, насколько ценно мнение бегающих по кругу обезьян. Твой «зал» был бы сегодня пустым, если бы вы не раздавали билеты бесплатно! — Я!.. — Ирен открыла было рот, чтобы возразить, но не нашла слов.
— Театр и так был в сплошном убытке с тех пор, как ты явилась сюда со своей «труппой» и стала давать представления каждую среду! При этом страдает не только театр, но и мы — аристократия просто не станет приходить на наши пьесы, пока здесь играете вы! — Белла заговорила громче. — Кто вообще захочет сидеть на потных стульях, покрытых грязью? Да и мне самой не хочется входить в ту грязь, которую ты и твои людишки оставляют после себя!
Мэй ещё раз обдумала происходящее. Цель Беллы была для неё очевидной — несмотря на то, что она, казалось, налетела только на Ирен и других актёров, на самом деле она нападала на Мэй. Если Белле удастся прогнать труппу Мэй, то она сама в одиночку не сможет поставить «Дневник Ведьмы», и будет вынуждена с позором вернуться в Пограничный город. Поэтому мотивы были очевидны — стоило прогнать труппу, уйдёт и Мэй. К тому же Белла сможет поднять свой авторитет в глазах других актёров, если ей удастся выгнать Мэй и освободить время для пьес.
Но Мэй не желала становиться чьей-то ступенькой к успеху!
— Доходы театра падают! Ты серьёзно, что ли? — медленно и с расстановкой произнесла она. — У кого вообще мозгов хватит на такой идиотский вывод о том, что театр обеднеет, если подарит зрителям несколько бесплатных билетов? На самом-то деле управляющий театром договорился с Его Королевским Высочеством и герцогом Петровым, и они, скорее всего, выплатят театру все причинённые убытки! Знаешь, иногда следует пользоваться мозгом, а не воображением. Может, тогда и вопить не придётся!
— Ты несёшь какую-то чушь!
— В итоге доход упал только из-за тебя и твоих бездарных актёришек, — ухмыльнулась Мэй. — Знаешь, однажды я выступала в главном театре столицы. Это такой большой театр под открытым небом. И так случилось, что в день постановки хлынул дождь. Но несмотря на это весь зал был забит аристократами! Так ты говоришь, что аристократы не хотят ходить на твои пьесы из-за простолюдинов? Ан нет, это всё потому, что аристократам просто не нравятся шоу, которые им показывает труппа безграмотных обезьян!
Все замолчали. Никто из театральных актёров не ступил вперёд, чтобы продолжить ругань, они даже и не пытались оправдаться.
— Ты ещё сказала, что «Дневник Ведьмы» вульгарная и бездарная пьеса, которая напоминает вой взбесившихся собак! — Мэй опять улыбнулась, но при этом её голос оставался таким же холодным. — Ой, я, наверное, забыла тебе сказать. Знаешь, кто написал эту пьесу? Сам Принц. Итак, ты и дальше будешь утверждать, что написанная Его Высочеством пьеса — вульгарна и бездарна? Надеюсь, ты помнишь, что оскорбление членов королевской семьи карается лишением языка? Итак, ты уже поменяла свою точку зрения? Или кто-то из вас осмелится повторить её слова?
Под её пристальным взглядом актёры один за другим отступали назад.
— Довольно! — зашипела Белла, скрипнув зубами. — Раз уж уехала в Пограничный город, так и не возвращалась бы уже! Мэй, ты думаешь, я не знаю? На самом деле ты отправилась в то богом забытое место не повидаться с идиоткой Ирен, а с её мужем, Утренним Светом!
Хлоп!
Поток мыслей Беллы прервала звонкая пощёчина, и на её правой щеке проступил красный отпечаток ладони. Она неверяще дотронулась до щеки, и пробормотала:
— Ты!.. Ты посмела меня ударить!
Мэй глубоко вздохнула — она отреагировала импульсивно. Ей нужно было успокоиться — если всё продолжится так и дальше, то она заработает себе неприятности.
Двое актёров подошли к Белле и сказали:
— Мисс Мэй, вы зашли слишком далеко!
