Так что он не только наведывался в винные погреба на задворках столицы, но ещё и тщательно планировал дорогу для конвоя, моделируя у себя в голове топографию местности вокруг пирсов.
Теперь в центр столицы было не попасть — ворота наглухо позакрывали под предлогом того, чтобы «не пускать в город беженцев». Церковь, наконец, начала раздавать свой Святой Эликсир, поэтому аристократия решила не пускать в город вообще никого. Но как только беженцы узнали о лекарстве, они принялись без устали ломиться в закрытые ворота, надеясь на то, что Церковь всё-таки соизволит предоставить им лекарство от жуткой болезни. Но увы — стражники на городских стенах просто молча поливали несчастных беженцев дождём из арбалетных болтов. В результате возле каждых ворот выросла куча из трупов, которые испускали довольно-таки мерзкий запах.
Открытыми оставили одни-единственные маленькие ворота — через них пропускали аристократов и торговцев, привозящих еду. К счастью, Тео довольно долго проработал в патруле и поэтому знал большую часть городских стражников, так что его пропускали в город даже без осмотра — достаточно было просто поздороваться.
Из-за такого импровизированного карантина внутренняя и внешняя часть города лишились какой-либо связи друг с другом, так что если бы Тео решил увозить беженцев под громкие звуки триумфального марша, то никто в центре города об этом не узнал бы. К тому же столичные аристократы спали и видели, что кто-нибудь, наконец, заберёт всех беженцев куда-нибудь подальше от города, таким образом предотвратив назревающие бунты.
Тео понимал, почему Его Высочество отправил людей в столицу в тот же день, как только получил от него письмо. Здешние беженцы решили, что их Королю нет до них никакого дела, так что если Церковь вдруг решит обратить на них внимание и вылечить их от чумы, то все беженцы станут её преданными последователями.
Но если Его Высочество успеет принять меры раньше, чем Церковь сообразит хоть что-то сделать, то он перетянет лояльность беженцев в свою сторону. Тео даже не сомневался, что как только принц вылечит больных и предложит им работу и жильё, те сразу же поклянутся ему в верности.
На утро четвёртого дня к пирсу на канале подошёл самый первый из отправленных флотов. Тео с удивлением обнаружил, что Его Высочество послал сюда три сотни солдат Первой Армии, которые были экипированы в свою стандартную броню и держали в руках револьверные винтовки. С такой-то охраной Церковь даже если и захочет, то всё равно не сможет предотвратить перевозку беженцев.
— Молния! — завопила стоящая на пирсе Маргарет, которая высматривала среди прибывших маленькую фигурку девочки. Она еле сдержалась, чтобы крепко ту не обнять.
— А это?.. — поинтересовался Железный Топор.
— Владелица Большой торговой палаты, мисс Маргарет, — объяснил ему Тео. — Она предоставляет нам все корабли, которые мы используем для транспортировки. Если бы не она, то я бы не смог так быстро выполнить приказ Его Высочества.
— Так вот оно что, — оценив ситуацию, Железный Топор кивнул торговке. — Спасибо Вам за помощь.
— Его Высочество сделает мне скидку в размере всех тех денег, что я на вас потратила, — пожала плечами Маргарет. — Но раз уж благодарите меня, то поблагодарите и Молнию.
Молния, нахмурившись, спросила:
— А я-то тут при чём?
— Кхе-кхе, нет, совсем не при чём, — съехидничал Тео. — Что вы собираетесь делать дальше?
— Разобьём лагерь чуть южнее доков, будем наблюдать за территорией. После полудня начнём лечебные процедуры, — ответил Железный Топор. — Будет просто замечательно, если к полудню корабли будут уже здесь.
Когда Брайан повёл своих людей через зону, в которой жили беженцы, он недовольно нахмурился.
Везде, куда бы он ни посмотрел, лежали умирающие люди. Их кожа полопалась в многих местах, и из ранок постоянно текла чёрная, как смола, кровь, которая привлекала тучи мух. У несчастных людей даже не было сил, чтобы просто согнать мух, так что насекомые беспрепятственно ползали по телам и пили чёрную кровь.
Эта картина почему-то напомнила Брайану о тех демонических месяцах, когда жители Пограничного города были вынуждены искать спасения в крепости Длинной Песни. Там их постоянно преследовал холод и голод, и люди так же не могли ничего сделать. Если эту эпидемию и в самом деле вызвала Церковь, то это было непростительным преступлением.
— Давайте позовём первую партию, — сказал он. — Мы рассчитываем на вас, мисс Эхо.
Если бы солдаты Первой Армии просто так объявили в толпе о том, что у них есть лекарство, то такие новости вызвали бы здесь столпотворение и давку. Сотня человек, пусть даже и с револьверами, не смогла бы остановить рвущуюся в доки толпу, отчаянно жаждущую спасения. Поэтому солдаты должны были внимательно следить за тем, чтобы информация о лекарстве распространялась только среди маленьких групп людей, и никуда дальше не уходила. Именно поэтому Его Высочество и отправил с ними мисс Эхо — она умела контролировать звучание своего голоса так, что он звучал бы прямо около ушей нужных людей, оставляя других в неведении.
