Поэтому все придуманные Скролл вопросы пересекались друг с другом, покрывая все возможные нюансы. Даже если опрашиваемый и смог бы обойти парочку из них, то на все соврать он уж точно не смог бы.
Роланд находил идею допроса довольно смешной, но не протестовал, понимая, что ведьмы стараются его защитить.
Покинув комнату для переговоров, Роланд отправился в свой кабинет, и сразу же вызвал управляющего ратуши, Бэрова.
Новость о том, что в крепости Длинной Песни появилась новая ведьма, ошеломила Роланда и дала ему понять, что за чем-то он крупно недосмотрел. Да, он публично наградил ведьму Нану, благодаря её за помощь, и таким образом официально признал существование ведьм на своих землях, но он не выпустил законов, в которых описывался бы статус ведьм, их права и обязанности! Вполне возможно, что и в Пограничном городе появилась какая-нибудь новая ведьма, но решила не афишировать свои возможности, и просто пряталась.
После того, как Бэров вошёл в кабинет и закрыл за собою дверь, Роланд заявил:
— Я хочу сделать ещё одно объявление о найме. Все детали написаны вот здесь, на бумаге.
Бэров взял лист бумаги, прочёл его, и сказал:
— Вы… будете принимать на работу ведьм, и платить им один золотой в месяц? — Да, — кивнул Роланд, и продолжил. — Это стандартная зарплата для Ассоциации Сотрудничества Ведьм.
Зарплата в один золотой считалась одной из самых высоких. Средние зарплаты в Пограничном городе же, например, были гораздо выше, чем в любых других городах. Самая высокооплачиваемая работа для простых людей была на заводе по производству кислот — им платили двадцать серебряных монет в месяц. Ведьмы же получали в пять раз больше.
Объявление о найме ведьм на работу не только докажет, что ведьмам будет здесь безопасно жить, но ещё и продемонстрирует простым людям гражданский статус ведьм.
— Раз вы хотите нанять как можно больше ведьм, почему просто не приказать гражданским их отыскать? — поинтересовался Бэров. — Точно так же, как вы сделали зимой, когда попросили людей искать шпионов.
Теперь даже министр ратуши понял ценность людских ресурсов. Принц, конечно, ничем не выказал своей радости, но был до неприличия счастлив. Затем он махнул рукой, и сказал:
— Ага, и мне придётся платить простым людям, если они найдут ведьму. Церковь разве не так поступает?
— Но… Вы ведь хотите не вешать ведьм, а дать им работу.
— Ну, в общем-то, да. Но те ведьмы, на которых мне «донесут» обычные люди, могут решить, что я заставляю их работать на себя. Если в Пограничном городе за последний год пробудилась хоть одна ведьма, она не испытывала на себе ужасы преследования, но ведь за границами нашего города ситуация совсем другая, — принялся объяснять Роланд. — Я хочу, чтобы они добровольно пришли и устроились на работу, помогая Пограничному городу в развитии.
Кроме того, что ведьмы сами должны были захотеть на него работать, Роланда волновало ещё одно: если он выпустит закон о том, что любой, обнаруживший ведьму, получит вознаграждение… Или даже о том, что семья, в которой рождается ведьма, получит какую-то выплату… Возможно, это породит явление информаторов. Или некоторые люди вполне решат, что рождение ведьм это «хороший бизнес». Конечно, хорошо было бы увеличить количество ведьм, но это будет иметь плюсы только в кратковременной перспективе. В далёком будущем идеология «ведьмы — бизнес» сильно навредит насаждаемой Принцем идее о том, что богатство можно обрести, только ударно работая. Так что таких приказов следовало очень тщательно избегать.
Бэров, поклонившись, ушёл. Вскоре в кабинет зашла Венди и принесла листок с результатами опроса новой ведьмы, после чего положила его на стол перед Роландо:
— Ваше Высочество, мы проверили её личность. Старший сын семьи Хонисакл сказал правду.
— Видишь? — улыбнулся Роланд. — Вы слишком перестраховываетесь!
— Такая предусмотрительность необходима! — твёрдо заявила Венди. — Ваша безопасность это самое главное, так что мы должны были убедиться!
— Ну ладно, — Роланд был тронут заботой о себе. Он глубоко вдохнул, и продолжил. — Ладно, ведите её сюда.
На первый взгляд девочке было около пятнадцати лет. Её тёмно-коричневые волосы были очень грязными, а во взгляде плескались усталость и волнение. Она, наверное, в первый раз в жизни вошла в комнату, устеленную ковром, так что теперь в панике оглядывалась вокруг, не зная, что предпринять.
Согласно написанному на принесённой Венди бумаге девочку звали Бумагой, и она родилась на задворках крепости Длинной Песни.
Три года назад во время сильного снегопада она осиротела — большинство беспризорных детей Западных земель обладали такой женезавидной судьбой. Они либо погибали, не сумев выпросить себе хоть немного еды, либо присоединялись к бандам городских крыс, превращаясь в воров, гонцов или козлов отпущения.
