На голой ветке
Ворон сидит одиноко.
Осенний вечер.
/Хокку Басё/
Мокрые ступеньки. Тишь и темнота.
Перед сном дорожки потопчу.
Затаилась рядом яблонь нагота.
Подниму фонарика свечу.
Что-то там чернеет на суку сосны.
Свет зажму ладонью поскорей.
Ворон, дремлет ворон средь кромешной тьмы,
всё приемля в участи своей.
Как нежны молодые листья.
Даже здесь, на сорной траве
У забытого дома.
/Хокку Басё/
Деревенька наша — шесть домов.
А когда-то… Бродим не спеша
нижней улицей. Наш путь не нов
по весне — уж больно хороша!
Ветер нам черёмухи привет
вдруг принёс. Да где же, где она?
Куча кирпича — от дома след,
сорный сад вокруг как память сна.
Кто-то бережно сажал сирень,
чтоб смотрела в окна майским днём.
Под листвою кружевная тень.
Голоса звучали здесь. В былом.
Протянул ирис
Листья к брату своему.
Зеркало реки.
/Хокку Басё/
Утро. Наливается небо тихим светом.
В золотистых росах травы у пруда
тянутся, склоняясь с ласковым приветом,
к братьям своим сонным, что хранит вода.
Капли росяные
замутили гладь.
Скрылись водяные
братья. Не видать.
Ветер со склонов
Фудзи в город забрать бы,
Как бесценный дар.
/Хокку Басё/
Дом наш деревенский спрятался средь яблонь,
в плен попал берёзок и душистых трав.
Утром ветер майский к нам сюда заглянет
запахи распутать — нет иных забав.
Выйду и застыну, опьянённый ветром.
Ишь, качает дерзкий вербную лозу.
— Лезь в котомку, завтра я тебя с рассветом
в город как подарок щедрый отвезу.
Над вишней в цвету
Спряталась за облака
Скромница луна.
/Хокку Басё/
