На это Масленников ответил, что общие потери его армии с 5 по 10 декабря составили свыше 2000 человек, а все брошенные в бой резервы были «уничтожены огнем противника. Наступления мы все время не прекращали, и будем продолжать наступать, весь вопрос сейчас упирается в снаряды. Завтрашним наступлением расстреляю последние снаряды в надежде, что снаряды будут подброшены». Конев снова перешел к мотивации: «Какое же это наступление, когда Вы сами в него не верите, и все Ваши доводы направлены к тому, чтобы не наступать». По всей видимости, в этот момент его прямой подчиненный начал выходить из себя: «Если бы мы противника боялись и не верили в наступление, то мы не дрались бы то такого состояния, когда в полку остается всего 80 штыков, и из всего командного состава полка только один младший лейтенант». В ответ Конев язвительно заметил: «Потери – это еще не доказательство хорошей драки. Вы попробуйте сделать так: потерь меньше, а успехов больше».
Судя по всему, Масленников понял, что начал переходить границы, и продолжил переговоры в более спокойном ключе: «С Вашего разрешения бросаю 908 сп. Рассчитываю, что Юшкевич выйдет в район артиллерийских позиций врага, и мы вместе с ним безусловно возьмем Калинин. С трусами и паникерами расправляемся беспощадно, строго выполняя Ваши личные указания. Взаимодействие с артиллерией было хорошее». Командующий фронтом продолжен вселять в командарма уверенность: «Юшкевич уже вышел на артиллерийские позиции и даже дальше. Посмотрите на карту, какая складывается благоприятная обстановка, а Вы мне всё твердите о том, нельзя ли как-нибудь не наступать». Впрочем, Масленников быстро нашел, что ответить на подобные утверждения: «Артиллерийские позиции 161 пд в районе Мамулино и Калинин как были, так и остаются, правое крыло Юшкевича их не затронуло. Когда он будет выходить в район Мамулино, только тогда будет расстроена система огня противника, и враг будет уничтожен нашими совместными усилиями». Командарм попросил начать наступление в 14:00 11 декабря, однако Конев заявил, что необходимо наступать с 12:00[224].
В 02:30 И.И. Масленниковым был подписан приказ № 047, который предписывал войскам перейти в наступление в 12:00 11 декабря.
252-я сд с приданными 915-м и 908-м сп 246-й сд, а также одним стрелковым батальоном 174-й сд должна была, наступая в направлении Деревнище, Мамулино, освободить Деревнище и Борихино, а затем юго-западную часть Калинина во взаимодействии с 243-й сд и частями 31-й армии.
246-я сд оставшимся в её составе 914-м сп должна была овладеть Красново, а затем занять Даниловское. Наконец, от 243-й сд требовалось наступать на Калинин в направлении Лебедево, и, пройдя город насквозь с севера на юг (!), освободить его совместно с 252-й сд и 31-й армией[225].
Следует отметить, что уже к 08:00 оправдались опасения И.С. Конева в отношении плохой разведки позиций противника[226]. В полосе наступления 243-й сд 906-й сп ночью и утром силами 2-го батальона продвинулся вперед и, захватив сразу две линии пустых окопов и блиндажей, вышел в район Артиллерийского и Перекопского переулков. В ходе уличного боя был ранен комбат старший лейтенант Максимов. 1-й батальон полка в это же время одной ротой вел бой за улицу Рабочая Слобода[227]. Двум другим полкам, 910-му и 912-му, добиться сколь-нибудь существенного продвижения не удалось.
Днем в дивизию пришла шифрограмма из штаба армии следующего содержания: «Оставление противником двух линий окопов Вами своевременно не обнаружено. Это свидетельствует о плохой разведке дивизии. Проявляйте больше дерзости, организованности и непрерывности разведки, иначе противник, оставив незначительное прикрытие, уйдет из-под удара окружения»[228]. Интересно, что Масленников практически дословно повторил слова, сказанные ему в ходе ночных переговоров Коневым.
В 13:30 командарм известил Конева шифром, что в связи с неготовностью артиллерии наступление основной группировки армии началось в 13:00, то есть на час позже установленного срока. При этом Масленников сообщил об организации «демонстративного наступления» 932-го сп из района Межурка на западную окраину Калинина и станцию Дорошиха, а также одного стрелкового батальона 908-го сп из леса севернее Дмитровского в направлении Мигалово и 914-го сп из района Бор в направлении Красново. Целью этих действий являлось скрытие направления основного удара и рассредоточения артиллерийского огня противника[229].
