- Знаете, вы опасный человек, - протянул мэр задумчиво, - вы задеваете неприкосновенные доселе струны души, вы ловите на том, что может задеть, у вас замечательно это получается, боюсь тут не обошлось без вмешательства высших сил. Возможно, другому человеку вы бы говорили другое, но мне вы сказали именно то, что нужно, я это чувствую. Но..., позвольте вас спросить, где же спасительная опора в этом преходящем мире, ведь принимая вашу теорию справедливости мы оказываемся один на один с системой. Вы же понимаете, что выйти из нее просто так не получиться, не должно возникать прецедента, ты не должен стать примером для подражания, поэтому ты будешь уничтожен, превращен в нищего неудачника, затем ославлен и забыт. Чего можно добиться, пойдя против этой, как вы считаете, разрушительной матрицы?
- Опора там, - Николай поднял глаза кверху, - опора в понимании пробоины в корабле. Невозможно в здравом уме обустраивать каюту тонущего корабля, даже если ваша жена и дети очень довольны достатком и "уважением" окружающих. Просто невозможно, ибо забота о жене и детях, то, что присутствует даже у законченных эгоистов, потребует заделать пробоину в трюме... - Закончил Николай с акцентом на слове "пробоину".
- С этим не поспоришь, но как вызвать это осязание пробоины? Это понимание отсутствует у большинства посвященных, - произнес мэр неуверенно.
- Посвященными вы называете вашу братию "отрезанных" от реальности? Прежде всего, начните с терминов - посвященный в вашем формате, это оглупленный и не воспринимающий законы бесконечной вселенной. Это те, кто нормально чувствует себя на пылинке, на молекуле и свел бесконечность до ее границ. Ну вот такой идиотизм сейчас поощряется вашими хозяевами, ибо только такие нужны им на службе. Вы смотрите в небо и не понимаете, что там нет конца, но зато для вас имеет конец все на этой планете, даже понятия благ у вас строго в бумажках и материальных вещах. Это и есть все, что позволили вам осязать, дальше этого вы увидеть не можете, но зато так боитесь это потерять, что готовы на многое.
Николай придвинул чашку с чаем и сделал глоток. Терпкий и крепкий чай приятно распространял тепло по телу. Он не подумал о том что чай может быть отравлен, такой информации у него не было, следовательно и опасаться нечего, если только защитные функции не перестали работать.
- Довольно смелые утверждения, а ведь основаны они не более чем на догадках, - начал мэр после небольшой паузы. - Я согласен, что там бесконечность, если на ней сосредоточиться, то это становится очевидным. Но наша защита не позволяет нам сосредотачиваться на бесконечном в то время, как наше осязаемое и конечное - наша лодка или корабль, как вы говорите, дает течь. Конечно, мы сосредоточены на корабле, только понятия у нас разные. Вы считаете, что течь можно заделать, руководствуясь вашей теорией, мы же пытаемся оставаться на плаву, руководствуясь нашей.
- Есть прекрасный критерий истинности, известный сотням мудрецов до меня, но скрытый в наше время от осознания большинства. - Вставил Николай, чем, похоже, несколько озадачил в очередной раз Андрей Яковлевича, - вы не воспринимаете мои вибрации, а ваши цепко держат сознание в нужном русле, поэтому повторюсь, ложь, искажение действительности не может идти со стороны созидательной, этим прикрываются только дегенеративные, ущербные силы, дабы оставаться на плаву и дурачить население. В противном случае уж давно бы в понятной форме вы бы озвучили через свои СМИ ваши цели, а не скрыто и подло выполняли бы сатанинскую доктрину сокращения населения до безопасного для царствия дегенератов уровня.
- Но позвольте, а как же ложь во благо? Как же разведка в тылу врага? Как же выживать среди диких и необузданных, если, например, нужно спастись и загнать их в стойло? Ложь бывает необходима врачу для поддержки больного, не дать ему истинной картины для поддержания духа. - С воодушевлением возражал мэр.
