Здесь будет уместно небольшое историческое отступление. Часто приходится слышать, как бы в дополнение к тому, что человек превыше всего, будто представители зоозащитных движений больше заботятся о животных, чем о людях. Несомненно, в некоторых случаях это так. Однако традиционно лидеры движения в защиту животных заботились о людях гораздо больше, чем те, кого животные вообще не интересовали. Многие лидеры движений против угнетения чернокожих и женщин одновременно возглавляли движения в защиту животных, и это еще одно свидетельство наличия параллелей между расизмом, сексизмом и видизмом. Среди нескольких основателей Королевского общества защиты животных от жестокого обращения, например, были Уильям Уилберфорс и Фауэлл Бакстон – двое лидеров борьбы против рабства чернокожих в Британской империи[397]. Если же говорить о первых феминистках, то Мэри Уолстонкрафт, помимо книги «В защиту прав женщин», написала также сборник рассказов для детей «Оригинальные рассказы из действительности», где призывала добрее относиться к животным[398]; а некоторые из первых американских феминисток, в том числе Люси Стоун, Амелия Блумер, Сьюзен Энтони и Элизабет Кэди Стэнтон, были связаны с вегетарианским движением. Вместе с Хорасом Грили – редактором газеты
К заслугам движения за права животных относится и борьба с жестокостью по отношению к детям. В 1874 году Генри Берга, одного из пионеров американских обществ защиты животных, попросили сделать что-то в защиту маленького животного, которого постоянно избивали. Маленькое животное оказалось человеческим ребенком; однако Берг успешно подал иск против опекуна этого ребенка за жестокое обращение с животным – в соответствии с нью-йоркским законом о защите животных, проект которого сам же ранее написал и представил в законодательный орган. Позднее вскрылись и другие случаи, после чего появилось Нью-Йоркское общество против жестокого обращения с детьми. Когда новость достигла Англии, Королевское общество защиты животных учредило новую организацию – Национальное общество по предотвращению жестокого обращения с детьми[400]. Одним из его основателей стал лорд Шефтсбери. Он был известным общественным реформатором, автором законов о фабриках, которые положили конец детскому труду и 14-часовому рабочему дню, активным борцом против бесконтрольных экспериментов и других форм жестокого обращения с животными. Как и многие другие гуманисты, он своим примером опровергает представление о том, что те, кто заботится о животных, не думают о людях, или что деятельность в одном направлении мешает работать в других.
Наши представления о природе животных и ошибочные выводы из этих представлений тоже помогают замаскировать видистские взгляды. Нам нравится считать себя менее дикими, чем другие животные. Когда говорят, что человек гуманен, подразумевается, что он добр; когда говорят, что он ведет себя как животное, это значит, что он злобен и жесток. Мы редко задумываемся о том, что животное, которое убивает с наименьшими на то основаниями, – это человек. Мы считаем жестокими львов и волков, потому что они убивают; но они должны убивать, чтобы не умереть с голоду. Люди же убивают других животных ради развлечения, ради удовлетворения любопытства, услаждения вкусовых рецепторов и украшения своих тел. Люди убивают и представителей своего вида – из алчности или жажды власти. Более того, люди не ограничиваются обычными убийствами. На протяжении всей истории человечества они охотно терзали и мучили своих жертв – как людей, так и животных, – прежде чем их умертвить. Ни одно другое животное не проявляет особых склонностей к таким действиям.
Забывая о собственной жестокости, мы преувеличиваем жестокость животных. Например, печально известный волк, отрицательный герой множества народных сказок, после тщательных исследований, проведенных зоологами в дикой природе, оказался весьма социальным животным, верным супругом (не на сезон, а на всю жизнь), образцовым родителем и преданным членом стаи. Волк почти никогда не убивает другое животное, если не собирается его съесть. Если волки-самцы сражаются друг с другом, битва заканчивается тем, что проигравший демонстрирует жест подчинения – подставляет противнику нижнюю часть шеи, самую уязвимую точку своего тела. Победитель, чьи клыки останавливаются в дюйме от яремной вены врага, удовлетворяется подчинением и, в отличие от завоевателя-человека, не убивает побежденного оппонента[401].
