Во время своего второго рейса я с возмущением узнал, что на «Пуме» пытались хозяйничать неизвестные. Правда, у них это не особо получалось. Я ведь не зря при обыске соседнего со взломанным мной складом, тоже, кстати, взломанного, обнаружив в малом контейнере, задрапированном внутри несканируемой тканью, шестерых дроидов-диверсантов, заставил их работать на себя.
Они даже запаролены не были, активировал, вбил в них себя, как хозяина, и поставил задачу по взлому замков всех доступных складов и ангаров. А также по активации уцелевших систем наблюдения. Вот перед отлётом частично заработала запитанная от трёх мобильных реакторов часть службы наблюдения станции. Та, что уцелела, пару горелых блоков даже пришлось заменить.
Так что три дроида должны были вскрывать мне замки складов, чтобы, запитав их энергией, спокойно открывать, а три остальных осуществляли охрану моего имущества, то есть «Пумы». Под рукой у них было ажно семь охранных комплексов, два противоабордажных и один абордажный. Ещё три абордажных, четыре противоабордажных и два охранных мной были перевезены на «Огонёк», и я приписал все эти комплексы к охране корабля, передав под командованием Михаила, Алекса и Егора.
Вот и получалось, что при выходе из астероидного поля я отправил узконаправленный сигнал в сторону «Пумы» и получил ответ от дроида, что работал с восстановленной мной аппаратурой связи. Канал был шифрованный, так что я не боялся обнаружения.
Дроид прислал доклад с записью, как неизвестный средний грузопассажирский транспортник сперва подходил к топливному терминалу – ага, я уже давно перекачал оттуда всё оставшееся топливо в двадцать пять больших контейнеров и спрятал их на территории станции, а потом и к останкам «Пумы».
Была попытка высадки шести человек в обычных гражданских скафах, причём один оказался латаным, но она была пресечена моими боевыми комплексами. Стреляли те не на поражение, только пугнули. Пугнули нормально, неизвестные скрылись на корабле и вот уже шесть часов, как пытались выйти на связь, отправляя стандартный сигнал гражданского флота Содружества с просьбой о помощи.
Стабилизировав «Феникс», я задумался. Похоже, бедолагам, что подошли к останкам «Пумы», действительно требовалась помощь. Корабль у них был грузовиком модели «Спирайт» десятого поколения, довольно серьезно пострадавшим. Я к этому времени уже стал неплохим экспертом по применению паучьего и человеческого оружия, так что с уверенностью могу сказать, что те повреждения, что виднелись на обшивке корабля, сделаны были не пауками. Я видел пяток отметин от ракет малого класса, снесённый маневровый на корме, причём след рикошета явно от среднего орудия, а остальное не боевые повреждения. Предположу, что они их получили, когда без щита, вполне возможно, что его к этому времени сбили, уходили от преследователей через астероидное поле. В многочисленных пробоинах виднелась застывшая герметизирующая пена.
Побарабанив пальцами по подлокотнику пилотского кресла, я с помощью своего канала отправил запрос неизвестным на идентификацию, прервав постоянно идущий от корабля запрос о помощи.
Почти сразу на экране появился сильно уставший мужчина с посеребренной сединой бородкой в пилотском комбезе и с капитанским значком на рукаве. Одновременно мне пришёл идентификатор судна, корабельный искин ответил на запрос. Частный борт «Серенида», порт приписки планета Ореон, прибыло из Конфедерации Эргон, находившейся довольно далеко. Нужно было преодолеть три государства, чтобы оказаться здесь, в директорате Дюшмус. Месяца полтора, наверное, летели. Хотя нет, корабль десятого поколения, там стоят слегка усовершенствованные гипердвижки, значит, им на это было нужно месяц, даже, возможно, чуть меньше.
Владелец судна, а также его экипаж в единственном числе, устало посмотрел на меня, видели мы друг друга оба, и сказал:
– Судно «Серенида». Просьба о помощи… У нас на борту дети.
– Хорошая попытка, – усмехнулся я. – Вы про протокол общения гражданского флота не помните? Представляться сначала нужно.
– Извините… Георг Ламус, гражданин Конфедерации Эргон, эвакуирую часть жителей планеты Ореон. На борту семьдесят шесть детей из флотского училища, а также часть преподавателей и их семьи. Общее количество пассажиров на борту двести тридцать один человек.
– Денис Миронов, планета Земля, владелец станции, рядом с которой вы находитесь. С учётом того, что ваш жилой модуль рассчитан максимум на сто человек, я готов усомниться в ваших словах, – протянул я.
Вместо ответа капитан переключил связь на внутренние камеры. В течение трёх минут я угрюмо разглядывал забитые людьми коридоры, каюты и другие помещения. Некоторые находились в скафах, чтобы не перегружать систему жизнеобеспечения, видимо, у них было достаточно картриджей к ним. Капитан не лгал, его израненный корабль действительно был переполнен спасёнными от пауков людьми. С учётом расстояния, которое им пришлось преодолеть, это был подвиг. Без шуток, самый настоящий подвиг.
