У входа в мои апартаменты уже ждали двое сотрудников канала, мордоделица и заместитель режиссёра новостных передач, именно она и вела запись, которая выйдет в ближайших новостях. Самое забавное – сотрудников службы новостей было всего пятеро. Режиссёр, можно сказать, руководитель и цензор новостных каналов, его зам, на котором и висела вся тяжесть работы по выпуску новостей, программист-оператор, который монтирует и выпускает новости в эфир, журналистка, она же ведущая, и вот эта мордоделица-гримёр.
Я до этого три раза выступал из своего кабинета, который своим видом уже произвёл фурор среди интеллигенции, что была на лайнере, а также на других пассажиров. Такого тут ещё не видели, и его обстановка людям понравилась. Правда, они искренне считали, что на портрете за моей спиной изображён мой отец, но я сразу их разочаровал, сообщив, что это один из самых известных политических деятелей моей родины. Из всех только Чистяков понимающе хмыкнул, как оказалось, он знал, кто такой Сталин, слушал сказки деда на ночь. Вот так и получилось, что я уже стал символом и меня связывали с этим кабинетом, то есть если я выступал, то обязательно в нём.
Как только я устроился за креслом, мордоделица начала наводить лоск своими специальными средствами, не мешая мне писать речь перед тем как её озвучить, а замрежиссёра, ранее служившая на одном из каналов – этой братии, кстати, на лайнере хватало, так что государственный канал у меня вели профессионалы – настраивала две камеры. Одна висела прямо передо мной, вторая чуть сбоку, чтобы можно было обращаться то к одной камере, то к другой. Так было нужно, чтобы зрители, смотревшие на меня, чувствовали, как будто герцог обращается именно к ним лично. Психология, однако, хорошо, что у меня собрались профессионалы. Передо мной стоял микрофон с эмблемой канала, даже это продумали.
До ночных новостей было порядка двух часов, но на десятиминутную запись у нас ушло полтора часа. Замрежиссёру то одно не нравилось, то другое, то текст не по нраву пришёлся, в определённом месте нужно сказать по-другому, но как бы то ни было, мы благополучно всё записали, и представители канала наконец свалили.
Я успел принять душ, разбудить Усладу – Орианы не было, она снова легла на десять дней поднимать свои базы – и мы устроились на диване, глядя на экран головизора, который был настроен на общий государственный канал герцогства. Нам это всё ещё было в новинку, поэтому смотрели мы с интересом. Там как раз заканчивалась очередная серия комедийного сериала, когда возникла музыкальная заставка новостей и появилась ведущая. Она кратко рассказала о событиях дня и перешла к главному, к прибытию нашего каравана в систему Борея. Сперва она зачитала заявление пресс-центра флота с краткими комментариями, а потом пошла запись со мной, где я подробно объяснил, что мы оказались в нужном месте и какие меры приняты для того, чтобы система стала окончательно нашей, добавив в конце, что нужно всего лишь подождать, пока оборона не падёт к нашим ногам. После этого показали запись зелёно-голубого шарика планеты, вид был красивый.
– Ты как всегда хорошо получился, и голос такой спокойный и чуточку усталый, как у настоящего правителя, – поцеловав, когда выпуск закончился на спортивных новостях, сообщавших, кто выиграл в детском заплыве в бассейне на «Огоньке», сказала Услада.
– Да мы некоторые моменты по нескольку раз записывали, волей-неволей устанешь, – хмыкнул я.
Несмотря на то, что ожидал новостей о действиях корветов по заброске дроидов, уснул я легко, сразу же провалившись в объятия Морфея.
Утром я первым делом связался со штабом флота, узнав последние новости. Они были хорошие, можно сказать, отличные. Все три заброски удались, правда, дроиды ещё летели по инерции к базам и терминалу, достигнуть они их должны где-то к обеду, там у каждого своё полётное время. Конечно, у тех наверняка задействована вся уцелевшая система защиты от астероидов, но дело в том, что по моему приказу всех дроидов обклеили специальной несканируемой тканью. Из-за лимита времени этим занимались экипажи корветов перед заброской. Так что радары просто не видели этих дроидов, и значит, никто по ним огонь не откроет из турелей ПКО. А то, что они вводятся в строй, было видно, работы на базах велись, бегали дроиды и сверкали вспышки сварки, искины занимались ремонтом.
