«Могущество мое теперь, надеюсь,Известно вам; испытана мояНад вами власть! Могу единым словомЯ в вечный мрак вас погрузить отныне;Могу единым словом превратитьВ пернатых вас, в растения и в гадов,И каждого могу скалою сделать,Фонтаном иль чудовищем морским.69Но избежать вам гнева моегоЛегко беспрекословным послушаньем:От веры отрекитесь и восстаньтеЗа нас на нечестивого Готфрида!»Все как один возмущены такимУсловием: один Рамбальд согласен;А нас она тотчас же заключаетВ тюрьму, куда не проникает свет.70Судьба же в это пагубное местоПриводит и Танкреда; но невдолгеВдруг наша открывается тюрьма,И, если верить к нам проникшим слухам,По просьбе повелителя ДамаскаАрмида отправляет нас в ЕгипетПод стражею, которой отдаетОружие все наше, и в оковах71В пути уж находились мы, когдаНавстречу нам послало ПровиденьеОтважного Ринальда. Этот воин,Готовый новым подвигом прославитьСебя в любое время, нападаетНа стражу, часть закалывает, частьРассеивает в страхе и доспехиОтбитые вручает нам обратно.72Все видели воочию его,Все доблестные руки пожималиИ голос милый слышали; не верьте,Что наш герой погиб: он жив доныне.Всего три дня прошло, как он с себяДоспехи окровавленные сбросилИ, с ними распростясь, в АнтиохиюОтправился под видом богомольца».73Сказал. Пустынник поднимает к небуСлезами орошенные глаза;Лицо неузнаваемо: какимиСияет весь он дивными лучами!Душа его, проникшись Божеством,К селениям бессмертных воспаряет:Ему открыто будущее; в безднуВремен уж погружается он мыслью.74Но, наконец, становится свободнымЕго язык, и открывает тайныГрядущего величественный голос.И смотрят все, и слушают в немомИх властно охватившем изумленье:«Так жив еще Ринальд! Пусть чародейкойОбмануты мы были; НебесаБлестящую ему готовят славу.75Дивящие всю Азию дела —Лишь детские забавы и предтечаВеличия. Я вижу, как смиряетОн дерзость нечестивца; как егоОрел и Рим и церковь под защитуСвою берет, у коршуна исторгнув;Как в детях, своего отца достойных,Он вновь как бы рождается на свет.76Идет за ним потомков вереница,Орудия насилья сокрушая:Религия с святейшими отцамиПокоится под сенью их щита.Смирять гордыню, облегчать страданья,Невинных защищать, карать виновных:Вот их удел; и воспарит далекоЗа солнце дома Эстского орел.77Его когтям лишь молнии войныДержать предначертало Провиденье:Крылами торжествующими будетСвятейший Рим он вечно прикрывать;Его когтям лишь вверена и участьСвященнейшего нашего похода,И Небеса желают, чтобы он,Победоносный, вновь был призван нами».78
