Еще заря боролась в небе с ночью,Еще не бороздил равнины вол,Еще спала в листве зеленой птица,И спал пастух, спало и стадо также;Безмолвия ночного ни охотник,Ни гончие еще не нарушали,Когда трубы вдруг звуки раздаютсяИ потрясает воздух бранный клич.20Разносятся тотчас по стану крики:«К оружию! К оружию!» ГотфридРазбуженный встает; не надеваетБрони привычной он и не беретТяжелого щита: вооруженьемСвоим на пехотинца рядовогоПоходит он теперь; в таком-то видеЕго Раймунд внезапно застает.21Он проникает в замысел ГотфридаИ спрашивает: «Где же, государь,Твоя броня и все твои доспехи?И почему полуоткрыто тело?Я не могу одобрить, что желаешьТы в бой вступить, столь слабо защищенный:Лишь слава заурядного бойца,Как вижу я, тебя прельщает нынче?22Лишь этих домогаешься ты лавров?Э, лучше предоставь уж их другим;Пускай они своей рискуют жизнью,Не столь полезной, как твоя, и ценной,А ты возьми свое вооруженьеИ хоть для нас себя побереги;Душа похода нашего, в себе жеТаишь ты и залог успехов наших».23Раймунд умолк; Готфрид ему на это:«Мой дорогой, мой благородный друг!Когда Урбан, святой отец, в КлермонеМеня мечом вот этим опоясал,Отнюдь не обещал я Небесам,Что на войне начальником лишь буду;Я тайный дал еще обет при этомИ рядовым быть воином за веру.24Когда я разверну все наши силыИ все свершу, к чему обязан вождь,Тогда отправлюсь я под эти стены,Чтоб менее священный долг исполнить:От этого Раймунд уже, конечно,Не станет отговаривать меня.Я жизнь свою вверяю Небу; сам жеО данных клятвах только буду помнить».25Сказал, и все французы как одинЕго примеру следуют тотчас же;И прочие воители за нимиСебя преображают в пехотинцев.Неверные меж тем уже собралисьНа стороне слабейшей укреплений,Где стены загибаются на западИ где их бьет свирепый Аквилон.26Спокойные за прочие места,Самой уж защищенные природой,Все силы, как свои, так и чужие,Они сосредоточивают здесь.Сюда спешат и старики и детиИ для работ, и для борьбы с судьбою;Каменьями, смолой, стрелами, серойСнабжают тех из них, кто посильней.27Снарядами, орудиями весьУнизан вал: там страшным великаномСултан с грозящим видом выступает;Подалее черкес надменный виден,Как бастион среди стенных зубцов.Клоринда помещается на башне,Откуда наблюдать ей осажденных,Равно как осаждающих, удобно.28Колчан у ней подвешен за плечами;Стрела дрожит в руке нетерпеливой,И туго лук натянут: наготове,Она живой лишь цели ожидает.Так некогда, по верованьям древним,Божественная ловчая ДианаИз облаков невидимо на землюПускала смертоносную стрелу.29
