Перевода строномических трудов Закуто (иногда пишут «Сакуто») на латынь, международный язык науки того времени, осуществил португальский еврей Жозе Визиньо. Этот человек начинал карьеру еще при Генрихе Мореплавателе (см. главу 17). К описываемому времени он стал самым деятельным членом «математической хунты» — так называли в Португалии учреждение, ведавшее навигацией, картографией и т. д. — был разгар эпохи великих географических открытий. Евреям в Португалии еще не на что было жаловаться.
Колумб получил рукописный вариант таблиц от самого Закуто перед своим первым плаванием, видимо, уже в переводе на испанский (1492 год). Само его плавание создало спрос на эти таблицы, и в 1496 году их впервые отпечатали в переводе на испанский язык в еврейской типографии, тоже в Португалии.
Не мог Торквемада смириться с тем, что есть еще уважаемые иудеи! Он вредил евреям, как мог, и иной раз умел им напакостить. Но все это было несерьезно. А креститься они в создавшейся обстановке не думали — в костер их не тянуло. И не уезжали — прижились несмотря ни на что.
Кстати, Торквемада хотел подключить евреев к работе инквизиции — от них требовали выдавать тех маранов, которые проявляют интерес к еврейству! Но особого успеха это начинание не имело, что и убедило Торквемаду: с «публичными» евреями пора кончать. И он, в конце концов, придумал, как это сделать.
Все вышеизложенные события, начиная с первого опыта инквизиции в Севилье, происходили на фоне войны с Гранадой. Войны эти велись и раньше несчетное количество раз, но ничего по большому счету не меняли. А вот теперь решено было вести войну до полной победы — до покорения Гранады. Международная ситуация была безусловно благоприятной (см. главу 21). Кроме того, положение Гранады еще ухудшили кровавые раздоры в семье эмиров, которые Фердинанд умело поддерживал. Так что арабы истощили свои силы в междоусобной войне. Но в конце концов они поняли, куда идет дело, и начали отчаянно сопротивляться — объявили «Священную войну». Надо отдать должное Фердинанду V. Он создал отличное по тому времени войско. В частности, хорошую артиллерию и военно-инженерную службу. Надо отдать должное королю и в другом отношении. Он проявил в боях бесспорную личную храбрость, что чрезвычайно поднимало боевой дух солдат. Несмотря на все это, война была очень трудной. Отдадим должное и Изабелле. Она не допускала мысли, что можно остановиться на полпути, удовлетвориться частичным успехом — с маврами должно быть покончено! Когда усилились денежные трудности, она, не колеблясь, сократила свои личные расходы и заложила свои личные драгоценности. И это было вовсе не демонстрацией — наоборот, это старались не афишировать, чтобы не показать, как велики трудности. Королева и ее придворные дамы часто выезжали в действующую армию. Это тоже поднимало дух войск. А она и ее фрейлины ухаживали за ранеными и больными. Дело это в то время было достаточно опасным. Инфекции были тогда страшнее вражеского оружия.
Надо отдать должное и Торквемаде — он не только добывал деньги, конфискуя имущество еретиков, но и прекращал строительство церквей и монастырей и слал сэкономленные деньги королю, для войны. Словом, «все для фронта, все для победы» (христианства). Чем дальше, тем больше чувствовала страна военные трудности. И чтобы заглушить ропот, все громче звучали проповеди Священной войны. Давно уже не знала Испания такого религиозного накала. Меж тем христианское войско подступило к Гранаде. Около Гранады испанцы построили военный городок, который король хотел назвать по имени жены, но Изабелла отказалась, и его назвали «Санта-Фе» — «святая вера». Испанцы любят вспоминать один инцидент той осады, по-видимому, правдивый. Я приведу его тут кратко, без упоминания имен, для иллюстрации религиозных чувств сражавшихся.
