28 апреля оборона противника южнее Капинталана рухнула, и 35-й пехотный полк (25-я пехотная дивизия), уничтожив несколько очагов сопротивления, обойденных при наступлении двумя другими полками дивизии, захватил Капинталан и обеспечил использование шоссе 5 вплоть до этого пункта.
Указания на то, что сопротивление противника западнее шоссе 5 ослабевает, в течение нескольких дней становились все более очевидными. В соответствии с этим 161-й пехотный полк, который выдвинулся на рубеж в 2100 ярдах юго-западнее перевала Балете, после мощной авиационной и артиллерийской подготовки 30 апреля повел наступление на северо-восток в направлении перевала. Этот полк постепенно сломил ожесточенное сопротивление, которое первоначально оказывал противник, и к 5 мая захватил господствующие высоты в 300 ярдах западнее перевала Балете. Подразделения 27-го пехотного полка широким охватывающим движением с востока в тот же день вышли на позиции в 1000 ярдах восточнее перевала Балете и атаковали в западном направлении с целью установить соприкосновение с 161-м пехотным полком.
Тем временем 148-й пехотный полк (без пушечной батареи) 37-й пехотной дивизии сосредоточился в районе Сан-Хосе и 30 апреля перешел в подчинение 25-й пехотной дивизии. Генерал Муллинс немедленно использовал его для смены правофланговых подразделений своей дивизии, которые могли затем сосредоточить усилия на решительном наступлении в районе перевал Балете — Сан- та-Фе. К 8 мая 27-й пехотный полк, преодолев сильное сопротивление противника, захватил позиции в 500 ярдах восточнее перевала Балете, в то время как 161-й пехотный полк после прорыва обороны противника захватил высоту в 600 ярдах южнее тропы Вилья-Верде, примерно в одной миле юго-западнее Санта-Фе.
Тем временем 32-я пехотная дивизия, упорно атакуя позиции противника на тропе, медленно пробивалась вперед. Она натолкнулась на многочисленные, упорно обороняемые позиции в пещерах и бункерах, которые господствовали над тропой. Дивизия была вынуждена уничтожать, взрывать или блокировать их одну за другой, что требовало много времени и сил. Даже после того, как такие позиции были изолированы, их защитники продолжали фанатично сражаться до тех пор, пока их не уничтожали. Кроме того, действия 32-й пехотной дивизии серьезно затруднялись отсутствием подкреплений. Ее боевые части были весьма обескровлены в результате потерь. Численность всех полков была намного меньше штатной. Например, численность 128-го пехотного полка сократилась до полутора тысяч штыков.
Но, несмотря на все эти трудности, 32-й пехотной дивизии удалось 16 апреля овладеть перевалом Салаксак, примерно в 4000 ярдах западнее Имугана. Захват этого перевала позволил дивизии к 20 апреля прорвать сильные японские позиции и подойти к Имугану на 2 мили. Но это продвижение было чрезвычайно трудным, так как войска шли под сильным артиллерийским огнем 150-мм гаубиц и 81-мм и 90-мм минометов, управление которым осуществлялось с наблюдательных пунктов на горе Имуган. Однако 3 мая головные подразделения дивизии подошли к Имугану на 2500 ярдов.
Когда стало ясно, что противник начал перебрасывать войска с участка Вилья-Верде на позиции у перевала Балете, 32-я пехотная дивизия быстро воспользовалась этим. Блокировав позиции противника вдоль тропы Вилья-Верде, дивизия обошла их с севера и, несмотря на ожесточенное сопротивление, к 8 мая вышла в район в 4,5 милях западнее Санта-Фе.
Развал японской обороны в районе перевал Балете — Санта-Фе — Имуган становился все более очевидным и подтверждался относительной легкостью, с которой 161-й пехотный полк захватил позиции в 600 ярдах от тропы Вилья-Верде, господствующие над перевалом Балете. Теперь полк получил возможность простреливать выход с тропы Вилья-Верде пулеметным огнем с дальних дистанций и блокировать ее силами крупных боевых дозоров, лишив противника возможности подбрасывать новые подкрепления по этой тропе.
Было ясно, что наступил срок для нанесения окончательного удара по позициям противника в районе перевал Балете — Санта-Фе. К 12 мая генерал Муллинс закончил последние приготовления.
К этому времени я лично посетил фронт 25-й пехотной дивизии вместе с генералом Свифтом (командиром 1-го корпуса) и генералом Эддлмэном (начальником оперативного отдела штаба 6-й армии) и убедился, что генерал Муллинс, который присоединился к нам на командном пункте в Анабате, превосходно развернул свои войска для наступления. Я был уверен, что его храбрая дивизия сломит сопротивление противника, несмотря на труднодоступную местность в районе перевала Балете, который с наблюдательного пункта 161-го пехотного полка действительно выглядел весьма грозно.