Этот приказ был отдан на основании тщательного учета всех факторов, равно как и на основании данных, полученных мною путем личного наблюдения на всех северных участках фронта. Однако дождливый сезон вызывал у меня серьезные опасения, поскольку он чрезвычайно затруднял все действия, особенно действия 32-й пехотной дивизии на тропе Вилья-Верде. Здесь из-за размывов и оползней поток машин и имущества приостановился, тяжелое оборудование безнадежно застряло, а сильные ливни и туман препятствовали боевым действиям. Хотя уже ввиду одного этого было целесообразно отвести 32-ю пехотную дивизию с тропы Вилья-Верде, были и другие важные факторы, в значительной мере обусловившие ее отвод. Захват Санта-Фе позволил бы перерезать основные линии снабжения противника, ведущие к его последним позициям на тропе Вилья-Верде, а сезон дождей не позволил бы ему эффективно действовать с этих позиций, на которых его войска были изолированы и обречены на гибель от голода и болезней. Поэтому больше не было необходимости в боевых действиях на тропе Вилья-Верде.
Отвод 25-й и 33-й пехотных дивизий и их сосредоточение в тыловых районах вызывались необходимостью подготовки к операции «Олимпик» — вторжению на территорию собственно Японии.
Генерал Свифт быстро выполнил приказ по армии от 24 мая. Завершив 26 мая подготовку к решительному наступлению на Санта-Фе, 2§-я пехотная дивизия на следующий день, после мощного удара авиации и интенсивной артиллерийской и минометной подготовки, перешла в наступление и овладела Санта-Фе. Затем, ломая остатки сопротивления, продвинулась вдоль шоссе 5 на 700 ярдов к северу от города. На следующий день 32-я пехотная дивизия, после 100 дней ожесточенных боев вдоль тропы Вилья-Верде, наконец захватила Имуган и в тот же день вошла в соприкосновение со своим 126-м пехотным полком, который, временно действуя в подчинении 25-й пехотной дивизии, вышел к Имугану с юго-востока.
Было крайне важно быстро использовать наш успех в деле захвата позиции противника в районе перевал Балете — Санта-Фе—Имуган и расчистки тропы Вилья-Верде. Отчаянная оборона этих позиций и сведения, полученные от военнопленных и из захваченных документов, свидетельствовали, что генерал Ямасита основывал свои планы обороны Северного Лусона на том предположении, что он сможет удержать эти позиции до конца июня, чтобы завершить создание дополнительных оборонительных позиций, господствующих над шоссе 5 в Аритао и в Сан-Фелипе (южнее Байомбонга), вдоль реки Магат. Но захват нашими войсками позиций в районе перевал Балете — Санта-Фе — Имуган полностью сорвал его планы и в конце концов оказался для него катастрофическим. Он израсходовал основную массу своих лучших войск в фанатичной обороне этих позиций. Поэтому он не мог уже приостановить наше продвижение. Мы могли двигаться вперед вдоль шоссе 5, лишая противника Багабага (северо-восточнее Байомбонга) и таким образом отрезая японские войска в долине Кагаян от войск, действовавших в районе Бонток — Кианган, и лишая его возможности перебрасывать войска из одного района в другой. Вследствие этого противник не мог противопоставить нам объединенные силы, в то время как мы могли атаковать их по отдельности и громить по частям. Кроме того, затруднения генерала Ямасита по обороне Северного Лусона были в громадной степени усугублены действиями партизан против его позиции Бонток и продвижением 33- й пехотной дивизии к востоку и юго-востоку от Бокода в направлении города Бамбанг.
Ввиду всего этого 28 мая был отдан боевой приказ № 6З, предписывавший 1-му корпусу, продолжая выполнять поставленные задачи, рвануться вперед и с максимальной быстротой и решительностью захватить Аритао. После этого подготовиться к дальнейшему наступлению (по получении приказа) с целью захвата Байомбонга. Согласно приказу партизанские войска Северного Лусона передавались с 1 июня в подчинение генералу Свифту (командиру 1-го корпуса). Приказ предписывал ему помочь партизанам в быстрейшем захвате Сервантеса, оказать максимальный нажим на противника в долине Кагаян и воспретить использование им Апарри. Приказ (дополненный 31 мая) предписывал 11-му корпусу сосредоточить один полк 6-й пехотной дивизии к 5 июня и остальные части дивизии (без пехотного полка) к 15 июня в районе Дигдиг, где они должны были перейти в подчинение 1-го корпуса (6-я пехотная дивизия без одного пехотного полка фактически завершила эту переброску к 12 июня).