— Что, по-твоему, они задумали с нами сделать?—спрашивала у Вовы Люся.
— Наверное, нас снова хотят отправить куда-нибудь на работу,—ответил он.— Ведь отправили же Андрея!
— Но мы не поедем! Будем бороться, потребуем пропустить наших делегатов к советским оккупационным войскам. Правда, Вова?
— Только так! Расскажи об этом всем немедленно, пусть готовятся.
— Где родился? — через переводчика спросил офицер у Вовы.
— В Советском Союзе.
— Родители есть?
— Есть.
— В лагере давно?
— С 1941 года. Довольно мы здесь намучились.
— Партийность?
— Что-о? — переспросил Вова.
— Господин офицер спрашивает тебя, принадлежишь ли ты к какой-нибудь молодёжной организации, партии.
— У себя, в Советском Союзе, я был пионером.
— Значит, был маленьким большевиком? — спросил переводчик.
— Я и сейчас большевик,— громко ответил Вова.
— Американское командование и правительство,— начал переводчик,— предоставляют тебе право выбора: ты можешь поехать в Соединённые Штаты Америки, Англию, Канаду, Аргентину. У вас в России плохо после войны, голод. Поэтому американское правительство хочет помочь тебе и твоим товарищам. И ещё господин офицер просил передать, что в Советском Союзе тех, кто возвращается из Германии, карают, заставляют работать на шахтах и даже сажают в тюрьму. Ты понял?
— Я-то понял, да вы ни черта не понимаете! Мы уже знаем лучшую страну мира — Америку. Нам показывали ваши кинокартины. Только мы Родину нашу ни на что не променяем. Мы хотим и требуем, чтобы нас отправили в Советский Союз! Только в Россию!
— Если меня силой повезут в какую-нибудь «лучшую страну», а не в Советский Союз,— говорил он,— я буду драться, но не поеду. Да, буду драться до смерти, ясно?
— Зачем же драться? — сказал, учтиво улыбаясь, переводчик.— Дело добровольное, тебе предлагают выбор.
