— Повернись!
Жора повернулся кругом.— Что умеешь делать?— спросил переводчик.
— Ничего!
— Как это ничего?
— Так, не умею,— ответил Жора.
Переводчик передал немке, что мальчик всё умеет делать. Та кивнула и улыбнулась. На лице Штейнера тоже появилась улыбка.— Отойди в сторону,— приказал переводчик.
Следующим был Вова. Он тоже протянул руки, повернулсякругом и на вопрос «Что умеешь делать?» ответил:— Всё, что придётся.
— Выходи из строя!
Так, в тягостном молчании, то двигалась, то останавливалась цепочка невольников. Из пятидесяти подростков сорок шесть остались в строю; их увели к бараку. Там их принялись осматривать и отбирать другие «покупатели».Вова, Жора и ещё двое мальчиков остались стоять неподалёку от стола.Теперь перед немкой проводили девочек из десятого барака. Вова видел, как подошла к столу Люся, бледная, испуганная, со слезами на глазах. Немка сделала знак рукой. Вова замер от нетерпения. Оглядев Люсю, немка кивнула. Теперь очередь была за Шурой, но она, видимо, не привлекла внимания.Стоя рядом с Вовой, Люся со слезами на глазах смотрела вслед уходящей подруге.— Господин комендант! — неожиданно для всех обратился к Штейнеру Жора.— Нельзя ли ещё одну девочку сюда, её подругу? — указал он на Люсю.
Штейнер посмотрел на Люсю, потом что-то сказал по-немецки переводчику.— Номер? — спросил переводчик.
— Какой номер Шуры? — торопливо спросил Вова у Люси.
— Сто девять.
