От Балаклавы к Инкерману полностью

Можно говорить что угодно об общей отсталости Императорской армии России, но ее медицина однозначно была в числе наиболее передовых. И даже не в яркой личности Н.И. Пирогова дело, хотя он своим величием, но не по своей вине, затенил других, не менее знаменитых врачей — собственных учеников. К примеру, уже после Альмы один из них М.П. Дземешкевич, старший ординатор военно-временного госпиталя № 1 в Одессе, за десять месяцев до Пирогова применил гипсовую повязку, что подтвердил сам великий хирург.^{382}

То, что планировали ограничиться одним медицинским пунктом, еще раз свидетельствует о том, что большого продвижения не планировали и потому к большим потерям не готовились.

Начало: сосредоточение и выдвижение русских войск.

Общее начало действий назначалось на 5 часов утра. Старая военная истина гласила, что из всех случайностей на войне самая редкая — гениальный полководец.^{383} Следовательно, для достижения успеха нужно было позаботиться о численном превосходстве, ибо другую истину о Боге, который на стороне больших батальонов, тоже никто не отменял. Когда стало ясно, что численный перевес достигнут, было решено позаботиться и о внезапности. С этим традиционно было сложнее.

Но решилась проблема просто и задолго до сражения. 1(13) октября буквально в тыл англичанам под покровом ночи выдвинулся Владимирский пехотный полк. В ночь на 2(13) октября подполковник Ракович вывел свои три батальона от хутора Мекензи, спустился к Черной речке, откуда перешел в Чоргун, заняв деревню. В этот же день он установил связь с уланским полком, действовавшим в Байдарской долине.^{384}

Благодаря этому несложному маневру в руках русских оказалась обширная территория, которую вполне можно было использовать как место концентрации войск и при этом противник не всегда мог определить, в каком направлении эти войска будут действовать.

Через 10 дней, 11 сентября 1854 г., русская кавалерия сконцентрировалась у деревни Чоргунь. Хотя по приказу командования старались соблюдать максимальную осторожность, не выдавая себя неприятелю, находившемуся в паре километров (запрещалось разводить костры, избегать лишних передвижений)^{385}, избежать обнаружения не получилось.

Уже поздней ночью Липранди вызвал к себе командиров всех частей, назначенных для действий. Достаточно коротко им была поставлена уточненная задача. Суть ее состояла в следующем:

1. Пехота затемно выдвигается к неприятельской передовой линии и с рассветом в точно установленное время начинает атаку 4 из 6 неприятельских редутов.

Кавалерия в числе обоих гусарских полков занимает неприятельский лагерь v Кадыкоя. После его занятия должны быть выведены из строя обозный и артиллерийский парки англичан. Закончив такую диверсию, кавалеристы покидали лагерь, который после этого уничтожался огнем приданной артиллерии.^{386}

Небольшое время, оставшееся до начала действий, солдаты и офицеры использовали для приготовления к бою. Кто-то писал письма, кто-то пытался заснуть, кто-то просто перебирал свой небольшой скарб, завещая товарищам скромные пожитки на случай смерти.

Липранди по мере возможности обошел войска. Взглядом опытного командира он пытался понять готовность людей, их настроение. Конную №12 батарею поздравил с прибытием, стрелкам пожелал удачи: «…Завтра, может, придется поработать; смотрите же — ни одной тли на ветер!», ^{387}и так же спокойно удалился, совершенно уверенный в успехе.

Около двух часов ночи войска без лишнего шума были подняты, построены и постепенно пришли в движение. Хотя, казалось, идти было недалеко, низкая скорость ночного марша, сложная местность и плохая видимость сделали его долгим и утомительным. На марше не спешили, чтобы в ночи не растерять людей. Впереди шла пехота, за ней артиллерия и в замыкании — кавалерия.^{388}

Шли тремя колоннами: правая, Одесский полк, рота стрелков и 6 орудий, под начальством командира Одесского полка Скюдери, двинулась от моста по ущелью Федюхиных гор. За ней вел гусарскую бригаду и Уральский казачий полк Рыжов.

Главная колонна Семякина имела в первом эшелоне Украинский полк, роту стрелков и 10 орудий, а во втором — Азовский полк, один батальон Днепровского полка, роту стрелков и дивизион артиллерии. Эта колонна направилась к редуту № 1.

Левая колонна, три батальона Днепровского полка, рота стрелков, сводный Уланский полк и 10 орудий под начальством командира Днепровского полка, Гриббе в 5.30^{389} двинулась по Байдарской дороге и, свернув вскоре на селение Комары, направилась в обход правого фланга неприятельской позиции.^{390}