- Товарищи! - начал он после некоторой паузы. - У вас осталось мало времени, но вы должны сделать все, чтобы ваши части были полностью готовы к предстоящему наступлению. И запомните: при любых условиях мы должны перейти через Карпаты!
Эти мысли, выраженные командующим, разделяли все присутствующие. И каждый командир еще больше осознал огромную ответственность, возложенную на него в предстоящей операции.
Советский маршал, а вместе с ним и все советские воины хорошо понимали значение той помощи, которую Советский союз оказывал братской Чехословакии, начиная операцию ударом через Карпатские горы. Необходимо было помочь словацкому народу, восставшему против фашизма, помочь ему завоевать себе свободную, счастливую жизнь в единой республике равноправных народов.
5. Предательство
Получив приказ, части корпуса начали готовиться к наступлению. Как только наши воины узнали, что им поручено проложить путь на родину, они загорелись желанием поскорее вступить в бой.
Посудите сами: кому не хочется домой? Тоска по родине, ненависть к врагу вели личный состав батальона в бою. под Соколовом, звали вперед воинов бригады в боях за Киев, Белую Церковь и Жашков. Каждый, будь то рядовой солдат или офицер, хорошо понимал, что путь на родину не прогулка, что это путь жестоких боев и сражений. Может быть, не всем удастся дожить до того дня, которого столько ждали.
Когда разрабатывался план Карпатско-Дуклинской операции, предполагалось, что нам помогут словацкие дивизии. Мы знали, что в районе города Прешова сосредоточен восточно-словацкий корпус в составе двух дивизий, которые являлись ядром словацкой армии. По численности личного состава и количеству вооружения эти дивизии представляли для того времени немалую силу: свыше 26 тыс. человек, 15 тыс. винтовок, 1000 ручных и 250 станковых пулеметов, 150 минометов, 70 полевых и 50 противотанковых орудий.
С мая 1944 года корпусом командовал бывший словацкий военный атташе в Берлине генерал Малар. За верную службу третьей империи он был награжден рыцарским крестом. Как потом оказалось, Малар лишь на словах выразил готовность подчиниться военному командованию в Словакии. Это был, скорее всего, своеобразный ход конем для поддержания своего авторитета в глазах солдат. Его корпусу словацкое командование отводило весьма важную роль. Наличие этого корпуса в какой-то степени учитывалось и советским командованием, тем более что чехословацкое эмигрантское правительство в Лондоне уверяло, будто обе словацкие дивизии присоединятся к нам и что оборонительные укрепления на Дукельском и Лупковском перевалах ни в коем случае не будут сданы врагу.
Предполагалось, что словацкие дивизии откроют дорогу через Карпаты советским войскам и нашему корпусу. Эта задача была возложена на восточно-словацкий корпус словацким военным командованием, которое возглавлял вначале деятель лондонского эмигрантского правительства подполковник Голиан, а позже - очередной "герой" из чехословацкой эмиграции генерал Виест.
О планах словацкого военного командования были своевременно информированы командир корпуса генерал Малар и его заместитель полковник Тальский. Оба хорошо знали, что в случае если гитлеровцы вторгнутся в Словакию, корпусу необходимо будет во что бы то ни стало удержать Лупковский и Дукельский перевалы до подхода советских войск. Однако на деле все получилось иначе. Когда немецкие войска вторглись в Словакию, командование словацкого корпуса, позабыв о своем долге, трусливо сбежало. Словацкое военное командование также не проявило должной расторопности. Да, собственно, удивляться тут было нечему.
Бросив корпус на произвол судьбы и ни слова не сказав своим подчиненным, Малар подался в Братиславу к Тиссо, якобы за инструкциями. По дороге в столицу он останавливался в некоторых гарнизонах. И там, где личный состав был на стороне повстанцев и партизан, пытался сдержать революционное движение.
Восстанием были охвачены районы рек Грон и Ваг. В Жилинской области партизаны вели первые крупные бои с оккупантами. В освободительное движение втягивался весь народ. Власть переходила в руки национальных комитетов. Вооруженная борьба быстро переросла во всенародное восстание.
В такой обстановке утром 30 августа 1944 года в Попраде Малар собрал офицеров во дворе казарм и произнес перед ними странную речь. В частности, он заявил: "Честь словацких солдат и офицеров будет запятнана, если они перейдут к повстанцам, те же, кто поступил так, - бандиты и отщепенцы!"