Кирилл знал и понимал с самого начала, что так будет. Он не хотел лишний раз давить на Панову и заставлять её делать выбор в его пользу. Это было бы слишком эгоистично и, как со стороны друга, неправильно. Он делал ставки, насколько всё затянется и насколько будет тяжёлый разрыв между ним и ей.
Сеня сделала определённо правильный выбор, в котором никогда не станет сомневаться.
Кирилл это сможет доказать.
Да и нужно ли было что-то доказывать?
Очевидно — он бесконечно влюблён в Панову. В его малышку, которая сносит ему голову, которая пробирается в его душу всё сильнее и сильнее (а есть куда дальше-то?), которая залезает в его черепную коробку, которая маячит перед закрытыми глазами. Он чувствует, что так должно быть. Это правильно. Это естественно.
Это превосходно, мать вашу.
И может ли быть лучше?
Определённо, нет.
Глава 13. Начало
Кирилл затягивается сигаретой, провожая Сеню взглядом. Она оборачивается несколько раз, сверкая своей широченной улыбкой, подхватывая под локоть Дашу. У него ёкает сердце. Казалось, что всё медленно, но верно встаёт на свои места.
На места, которые были понятны ещё с подросткового возраста.
Странно то, что ничего не изменилось. Или так и должно быть?
Словно они долго-долго были вместе, не решаясь перевести отношения на более высокий уровень, где было место для физического удовлетворения. Оральные ласки стали чем-то важным, что подтолкнуло их к неизбежному.
Знали ли они, что после первого поцелуя отношения изменятся? Определённо, нет. Если бы знали, давно бы начали заниматься анатомией собственных тел, чтобы знать друг друга на сто двадцать процентов. Если это возможно.
Кирилл не может оторвать взгляд от неподруги до тех пор, пока девушки не скрываются в дверях университета. Желание пойти за ней, чтобы сопроводить до аудитории, глубоко поцеловать и вспомнить, каково это жгучее ощущение, когда она льнёт к нему, прижимается и слабо выдыхает в рот, млея от ласки.
И так хорошо от мысли, что теперь Панова под его крылом.
Почти официально.
Ощущает этот невесомый ярлык, который не сдавливает горло, не перекрывает кислород. Раньше, когда девушки хотели отношений, намекая или говоря прямо, тяготило от таких мыслей. Сейчас же всё иначе, словно он только и ждал, когда отметка «друзья» перерастёт в «пару».
Совсем недурно от таких мыслей.
Принимает её любой, потому что любит. Искренне, надёжно и сильно почти до безумия.
***
Кирилл крутит головой из стороны в сторону, огибая взглядом почти каждого человека. Пропускает мимо ушей прощанья сокурсников, жмёт им руки и неспешно двигается к самым воротам. Достав телефон из кармана, разблокировывает и сразу же тычет по закреплённому на главном экране чату.
Кирилл Дубровский: Тащи скорее свою задницу. Мы можем опоздать.
Печатает ей сообщение, когда не замечает в толпе вышедших из главного корпуса знакомую макушку. Делает несколько затяжек, выбрасывая окурок в урну. Смотрит на вход, замечая, как из дверей выходит Сеня в расстёгнутой куртке и без шапки, а рядом идёт Григорьев.
Глаза закатываются от раздражения, но он терпеливо ждёт, когда его девочка подойдёт к нему. Тогда сможет задать пару вопросов, но этого не нужно, потому что скользкое и опасное ощущение доверия течёт по венам.
Сеня бы не стала крутить шашни с Ромой, потому что всецело отдалась Кириллу.
Они прощаются возле ворот. Григорьев чмокает её в щёку и уходит в противоположную сторону, а Сеня быстрым шагом добирается до Кирилла. Останавливается возле него, натягивая на голову шапку. Дубровский наклоняется, хватая замок, застёгивая куртку.
Едва ли не шарахается от этого действия, потому что ему чужды понятия заботы, но что-то подтолкнуло сделать это. Встречает удивлённый взгляд Сени, который тут же сменяется тёплой улыбкой. Кирилл улыбается в ответ.
— Григорьев.
— Ага. Попросил у меня конспекты по зарубежной литературе, — отвечает тут же Есения. — Разве… Я тебе не сказала, что мы остались друзьями?
Кирилл хмурится, понимая, что и он когда-то был просто другом для малышки.
— Друзьями? — тупо переспрашивает, стреляя злым взглядом.
Горячая патока ревности растекается по телу, встречаясь со злостью и превращаясь в полный хаос.
— Нет, котёнок, так не пойдёт, — качает головой. — Если ты со мной, значит, нет парней-друзей, — заявляет, приподнимая подбородок, будто не нужно спорить.
— Кирилл, мне стоит напомнить о твоей Вике? — ядовито выплёвывает. — Мы не общаемся с Ромой! Очень редко. И не переживай, потому что я не… — Сеня задыхается, начиная смущаться.
Не знает, как истолковать свои мысли. Мнётся на месте, облизываясь и поджимая губы.
— Кирилл, мне нужен ты, — выдыхает, чувствуя, как щёки сильнее заалели. — Ясно?
— Ясно, — удовлетворённо отвечает. — Иди сюда.
Дубровский тянет за рукав, заставляя Сеню сделать шаг вперёд. Наклоняется, обхватывая лицо руками, прикасается губами к носу, затем к холодным устам, целуя нежно и медленно.
