От фермы к фабрике полностью

Вместе с тем это метод не свойствен ревизионистам, поскольку они бы интерпретировали табл. 9.1 несколько иным способом. Все дело в том, каким образом исследователь подходит к оценке суммы сельскохозяйственных продаж. Так, Барсов, Миллар и Эльман исходили из суммы, полученной крестьянами от сбыта своих товаров, то есть суммы, не включающей налог с оборота. В этом случае объем сельскохозяйственного экспорта составит 33 млрд руб. (17 млрд дохода с продаж государственным агентствам плюс 16 млрд, вырученных на колхозных рынках). При условии, что объем импорта отрасли оставался на уровне 35 млрд руб., торговый баланс сельского хозяйства имел незначительный перевес в сторону импорта, который на 2 млрд руб. превышал объем экспорта. Таким образом, вывод, к которому в ходе этих вычислений приходят ревизионисты, заключается в том, что сельское хозяйство отнюдь не являлось источником финансирования для всей остальной экономики, а представляло собой отрасль, постоянно требующую определенных расходов.

Можно, конечно, бесконечно спорить о том, какие цены следует использовать для расчета показателей, однако необходимо отметить, что если прибегнуть к учету фактора цен, получаемых крестьянами за свою продукцию, то неизбежно выпадает из расчетов такой аспект, как принудительные сбережения, реализованные посредством налогообложения. Имея в запасе данный метод расчетов, не удивительно, что Барсов, Миллар и Эльман пришли к заключению, что сельское хозяйство не обеспечивало остальную экономику сбережениями. Их расчеты на самом деле отражают объем добровольных сбережений крестьян за вычетом стоимости сельскохозяйственной механизации. Так как крестьяне были очень бедны, у них не было возможности делать накопление большой суммы, и именно этот факт находит подтверждение в расчетах Барсова, Миллара и Эльмана. В то же время данный метод упускает из вида все составляющие роли сельского хозяйства в накоплении капитала.

Но действительно ли бремя уплаты налога легло на плечи крестьян? Введение налога на хлеб, возможно, приведет к уменьшению дохода крестьянина, но одновременно может послужить причиной соответствующего повышения цен для потребителей, и в этом случае налог оплачивает именно потребитель. Тогда возникает вопрос: что произошло в результате введения этой меры — снижение уровня дохода крестьян или же реального дохода рабочего класса за счет роста цен на хлеб и одежду?

Когда правительство принимает решение о введении налога с продаж (например, налога с оборота), то бремя уплаты не зависит от того, кто был целевой группой этой меры — покупатель или продавец. Важен результат сравнения существующих цен для обеих категорий с ценами в альтернативной ситуации, то есть в условиях отсутствия налога.

На графике 9.1 представлена схема налогового бремени[129]. Первый график отражает кривую предложения сельскохозяйственных продаж (5) и городской спрос на продукцию аграрного сектора в 1928 г. (D₂₈). Пересечение этих кривых определяет уровень продаж (М₂₈) и их цену в 1928 г. (Р₂₈). Это исходные значения.

Можно проанализировать налог, предположив, что обе стороны заплатили его, и возможные изменения в цене будут такими же.

Второй график показывает ситуацию 1937 г. Для упрощения я оставляю кривую предложения без изменения. Однако следует учесть, что инвестиционный бум означал резкое увеличение городского спроса D₃₇. Без введения налога с оборота цена сельскохозяйственных продуктов возросла бы до уровня Р₃₇, но налог был введен (7), что повлекло за собой понижение цен, получаемых крестьянами Рр до цены, которую платили городские потребители, за вычетом налога (Р_т — Т). Если предположить, что налог с оборота оплачивался за счет потребителей, его воздействие представлено в графике снижением спроса до отметки D₃₁ — Т. Пересечение данной кривой и кривой предложения определяет цену, получаемую крестьянами Рр уровень продаж М₃₇, а также цену для потребителей — точка P_w, отражающая уровень цены на кривой городского спроса, соответствующая Af₃₇ и равная сумме Рр и 7[130].

Уровень цен Рр и Р_ш на графике 9.2 соответствуют двум рассмотренным способам оценки сельскохозяйственных продаж. Использование реальных цен, заплаченных потребителями, в ходе анализа соответствует точке P_w на втором графике, в то время как вариант с использованием цен, полученных крестьянами, соответствует P_f; разница этих показателей и составит сумму налога с оборота.

При анализе частичного равновесия распределения налогового бремени сумма уплаты налога определяется ценовой эластичностью предложения и спроса. В приведенной модели в 1930 г. ценовая эластичность предложения составила примерно 0,7, в то время как ценовая эластичность спроса — 1. Эти цифры демонстрируют, что бремя оплаты налога сместилось в сторону крестьян, что в целом соответствовало замыслу Сталина.