– Доктор Уайт, они прилетят сюда в начале января и отправятся на Марс сразу же. Наша задача – седьмого января собрать всех людей, припасы и новые модули на одном из островов в Тихом океане. Для этого нужно быть готовым к вылету пятого числа. Экспедиция на год. Ланге уже согласен, он летит. Любые личные вещи…
– С чего вы взяли, что я полечу, Джулиани? – перебил его Артур. – Я слишком стар для такого путешествия. У меня внучка. И студенты.
– Но они… они же лично вас просят, – растерялся «курьер» из ЦРУ. – Вы же стояли у истоков, это всё – благодаря вам! Как можно упустить подобное приключение? Да будь у меня шанс войти в эти шестнадцать человек, Артур, я бы бросил всё! Но мне такого никто не предлагает, увы. Это только для вас! Я вам не нравлюсь, я понимаю, – Джулиани перешёл на привычный ему властный голос. – И, поверьте, впервые в своей карьере мне жаль, что я кому-то не нравлюсь. Я знаю, что у вас нет причин доверять мне, для вас я – зло. Но, на самом деле, всё не так, доктор Уайт! Я делал свою работу так, как её понимаю. Где-то я перегнул, потому что моё ви́дение оказалось устаревшим, неверным. Но нигде и никогда я не хотел никому зла. Даже когда в рамках обязанностей был вынужден вас арестовать, мне казалось, что я поступаю во благо США и всего мира. Но сейчас моё понимание изменилось, и я нашёл в себе силы согласиться на такое задание и приехать, чтобы посмотреть вам в глаза и признать свои ошибки, не рассчитывая, что вы меня искренне простите, но надеясь, что вы пойдёте дальше в своей правоте, поможете и другим увидеть истину, измениться. Возьмитесь за миссию, Артур, не ради меня, не ради себя. Ради человечества.
В словах агента Уайт слышал и зависть, и раскаяние, и желание работать. Да, Сэмюэл прав, как ни неприятно это признавать. Артур слишком ассоциировал работу с ним самим, с тем, как Джулиани его запер в камеру с решёткой. А нужно думать о другом. Но не сегодня. Сегодня – семья.
– Оставьте мне визитку. Лучше не свою. Я позвоню после Рождества и дам ответ, – вздохнул Артур. Джулиани пошарил по карманам, достал визитку Ричарда Хейза из НАСА, вручил её Уайту и отошёл от машины.
Артур сидел с внучкой около камина и смотрел на отблески огоньков. Лететь, или не лететь?
– Деда, а Санта не обожжётся об огонь? – спросила четырёхлетняя Эби, сидящая на его коленях и играющая с куклой. Если Уайт улетит, то пропустит её пятилетие. Следующее Рождество. Да много чего пропустит.
– Эбигейл, мы же потушим огонь на ночь, – засмеялся профессор и схватил её за носик. Девочка вырвалась.
– Но. Но… а как же угольки? Папа вчера жарил мясо на угольках. Огня уже не было, но мясо пожарилось. Угольки очень горячие, деда. Санта упадёт в угольки и поджарится! – на лице у девочки проступили обида и страх за бедного Санту. Надо её срочно успокоить, пока малышка не разревелась.
– Когда деда ложится спать, всегда заливает угольки водой. От этого они шипят и перестают быть горячими. Санта спокойно пройдёт в дом, Эби, не беспокойся! – сказал Артур, и девочка, судя по всему, удовлетворилась таким объяснением. А что ещё нужно детям? Но вдруг она снова нахмурилась.
– Деда, а зола? Его красная одежда испачкается в золе! – эх, тяжело быть дедом, профессором легче.
– Я уберу всю золу, Эби. Вот ты ляжешь спать, а я залью угольки водой и уберу всю-всю золу, – заверил он, а потом подумал и добавил: – А после нового года ты поедешь домой и станешь самой умной девочкой, будешь учиться хорошо-хорошо, ладно?
– Деда, я же ещё не хожу в школу, мне рано учиться! – удивлённо посмотрела на него внучка.
– Учиться, милая моя Эбигейл, никогда не рано. И никогда не поздно, – задумчиво ответил Уайт. – Ты должна знать, что скоро в мире будет так много чудес, что мы и представить себе не можем. И чтобы получить и понять все эти чудеса, нам всем нужно стать умнее, добрее и лучше.
– А чудеса принесёт нам Санта? Он мог бы подарить мне единорожку? – Эби широко раскрыла глаза, после чего соскочила с его затёкших колен и подбежала к окну, видимо, высматривая в небе сани Санта-Клауса. Артур с лёгким стоном поднялся и встал с ней рядом.
– Да, милая, я надеюсь, он подарит тебе единорожку. И не только единорожку. Он подарит тебе звёзды. Он всем в этом мире подарит звёзды.
– Но деда, Санта же такой старый, как у него хватит на это сил? – глядя в небо, спросила девочка.
– Милая Эби, Санта очень старый, но просто он очень хочет, чтобы у людей были звёзды, – Артур говорил и смотрел на небо, где еле-еле мерцала Гомейса, бета Малого Пса, волею случая расположенная прямо над созвездием Единорога. Он уже знал, что завтра с самого утра позвонит Хейзу и скажет, что полетит на Марс. Потому что для будущего его маленькой Эбигейл предстоит ещё очень много работать, и кто же с этим справится, если не деда?
