- То есть, кончится все это...
- Однозначно. На коротких временных отрезках военно-бюрократическому сословию иногда удавалось одерживать победу в подобной борьбе, но в историческом плане оно обречено. Хотя в нашем случае агония может затянуться.
- Это ты что имеешь в виду?
- Личностные особенности. Ты никогда не задумывался, что является чуть ли ни доминирующим личностным фактором у известной персоны? Нет? Очень просто же и видно - боязнь предательства. Не знаю, что там в основе. Допускаю, что и опыт 91-го года, когда, по идее, вся его служба должна была костьми лечь, защищая режим. Они же для этого и существовали - вооруженный отряд партии! А что получилось? Я вовсе не имею в виду, что таким образом можно было страну спасти, не знаю, боюсь, уже слишком поздно было, но их дело было не рассуждать, а защищать! И сейчас события тех дней, думается мне, довлеют над ним, заставляют искать какие-то гарантии, что такое больше не повторится. Последствия мы с тобой наблюдаем каждый день. Так что можно сколько угодно говорить о поддержке бизнеса, но развитие независимого бизнеса прямо противоречит основному вектору, которому следует наша политика.
Тогда разговор продолжался еще долго, братья разошлись за полночь. Александр сдержал свое слово, и Ильину не приходилось заниматься сомнительными делами. Работы и так хватало. Администратором он был опытным, людей чувствовал хорошо, с широкой публикой умел разговаривать - спокойно, уважительно, с аргументами.
Но вот сейчас предстоял новый разговор с "Ткачем". Начавшийся учебный год, да и вообще осенний сезон был чреват сюрпризами. Резервы кое-какие у губернской медицины имелись, но надо было договориться о возможных дополнительных поставках в случае осложнения ситуации.Да и кто назвал ее простой? Официально "короновирусный штаб" отчитывался о числе заболевших как весьма умеренном, но хитрость состояла в том, что статистика в отношении умерших на этот счет как бы "утроилась". Медики считали по диагнозам - и выходило одно, статистики - по превышению усредненных годовых показателей - и выходило в три раза больше, а областная администрация на основе этих показателей изобретала для регулярных докладов в Администрацию что-то свое, держа при этом в уме и крайне неблагоприятный возрастной состав населения области - умирали-то, в основном, старики, и желание получить кое-какие дополнительные средства для медицины, и многое другое.
Отдельной темой стояли выборы. Серьезных соперников на пост губернатора у Александра не было - он бы может и не побоялся с кем-нибудь пободаться по-настоящему, но Москва не одобрила и всех потенциально опасных кандидатов заранее предупредили: не лезьте! Дело было в другом. Надо было обеспечить пусть не выдающийся, но приличный результат. Чтобы и явка была, и большинство достаточно убедительное. А какие тут явка и результат, если все население области - и сельское, и городское - стройными рядами отправится в единый день голосования копать картошку.
Сколько уже вспоминали в русской провинции тихим добрым словом того великого государственного деятеля, который на голубом глазу заявил, что ко второму воскресенью сентября все сельские работы бывают закончены и можно отдаться всей душой процессу выборов. Чувствуется, человек с большим жизненным опытом...
Так вот, "Ткач", на предприятиях которого в области работало тысяч десять народу накануне выборов откровенно банковал. Как уж он там со своими трудящимися договаривается насчет уборки картофеля, Ильин и знать не желал, но Александр отдельно просил его проявить в отношении сегодняшнего собеседника максимум респекта - оно того стоило. Голоса были нужны.
Третий вопрос, по мнению Ильина, был вообще из разряда идиотских. Дело в том, что к концу лета их губернский центр охватило какое-то дурацкое поветрие - народ начал массово носить майки с перечеркнутым нулем. Цвета, оформление и прочие детали менялись, но суть оставалась все той же и всем была прекрасно понятна. Руководство губернии и силовики рвали и метали, а что сделаешь? Вроде, и нет ничего неприличного. Дошло до того, что как-то вечером, вернувшись домой, Ильин увидел такую майку и на Регине. Проследив за его взглядом, она с энтузиазмом пояснила:
- Извини, твоего размера не было. Разбирают сразу. Но обещали, что завтра еще подвезут. Тебе какого цвета брать?
Александр из-за всего этого даже собрал у себя узкое совещание с участием силовиков и Ильина. Тот, к своему удивлению, очень скоро понял, что больше всего всех участников волновал вопрос, как бы эта зараза не перекинулась в соседние области, а уж соседи тогда сразу доложат в Москву, откуда это все взялось. Полиция, вроде бы, была готова пресекать, но кивала на прокурора, который хмурил брови и никак не мог подобрать подходящую статью. Ильину все это крайне не понравилось, и он обрисовал присутствующим перспективу судебного процесса, на который подтянутся адвокаты и правозащитники из Москвы, что там до нее езды-то.
- Вот тогда уж точно прогремим на всю страну! - закончил он свое выступление.
