Тетя Амрана тоже больше ничего мне не сказала. Пока я убирала со стола, она быстро закончила свои дела, повесила фартук и ушла из кухни. Скоро я услышала, как закрылась входная дверь и с тяжелым смятением проследила за ней через окно. И поняла, что мне не избавиться от этого чувства просто так.
Ровно через час, я подходила к двери кабинета хозяина дома с подносом в руках, где стояла чашка, блюдце с сахаром и чайничек. Тихонько постучала и, как только услышала «входи Алина», провернула ручку.
У Амрана был красивый кабинет: солидный, в коричневом цвете, с деревянной мебелью. Вокруг царил мужской, упорядоченный дизайн, в котором я невольно ощущала себя напряженно, как будто вторгалась в личное пространство.
Приблизившись к массивному столу, за которым работал муж, я аккуратно поставила поднос на край.
— Спасибо, — поблагодарил он, откинувшись в кресле.
Сцепив руки спереди, я слегка кивнула и сделала неуверенный шаг назад, но… больше с места не сдвинулась. Лишь мельком глянула на дверь. Стояла и мялась, пока Амран не обратил на это внимание.
— Что такое?
Встретившись с его глазами, я принялась нервно растирать свои пальцы.
— Я хотела поговорить, — смущенно произнесла. — Насчет Зои.
Муж слегка прищурился, словно уже догадался, о чем пойдет речь. Но все же спокойно согласился:
— Хорошо. Я слушаю.
— Может… То есть я думаю мне не стоит забирать ее обязанности, — проговорила я как можно вежливее. — Зоя готовит очень хорошо и я…
— С чего ты взяла, что меня не устраивает, как она готовит? — неожиданно перебил меня муж без снисхождения.
А я и не знала, что ответить. Застыла с раскрытым ртом, боясь, что своими благими намерениями сейчас выставлю себя в самом некрасивом свете!
— В любом случае Зоя сделает так, как я сказал, — прохладно подвел Амран, не дожидаясь от меня слов. — Она примет мое решение. И тебе тоже стоит прислушиваться к тому, что я говорю.
Колкое смущение иглами рассыпалось по телу, и я тут же поторопилась уверить:
— Я ни в коем случае не собиралась спорить!.. С твоим решением.
— Тогда в чем дело? — спросил муж, не смягчая тон и пристально глядя на меня.
Стыдливо опустив глаза, я некоторое время подбирала слова. Затем все же нехотя призналась:
— Вы же знаете…
— Ты, — резко поправил Амран.
Я вскинула растерянный взгляд.
— Ты… — послушно повторила. Говорить становилось все труднее: — Ты в-ведь знаешь — у нас и так не очень хорошие отношения. И… я бы не хотела ее еще чем-то обидеть.
Выпрямившись в кресле, Амран шумно выдохнул, словно с моим признанием все встало на свои места.
— Алина. В данном случае Зою обидел я, а не ты, — резонно заметил он. — Но она мудрая женщина и поняла, что личные симпатии здесь не причем.
Я опустила голову и смущенно кивнула.
— Да. Конечно, ты прав. — Потерев рукой свое предплечье, я очень захотела закончить этот неловкий разговор. Не стоило его и начинать. — Извини… Не буду отвлекать тебя.
Но только я хотела развернуться, как муж неожиданно поймал меня за руку и принудил подойти ближе.
— Не нужно ее бояться, — посоветовал он, удерживая своими теплыми пальцами мою ладонь, и наверняка ощущая, как я напряглась. — Зоя хорошая женщина. Она пока плохо знает тебя, но уже видит многое. Найди способ подружиться с ней.
— Я… Но как?
— Ты умная девочка, — покровительственно подметил Амран. — Подумай.
Растерянно глядя в синие глаза, я вдруг ощутила внутри что-то странное. Они будто загипнотизировали меня — время замедлилось, а разум словно начал тонуть в густом сиропе. Гулкий стук прошел в груди, когда в сознании вспышкой возникло воспоминание вчерашнего поцелуя. Внезапного, несдержанного…
Я поняла, что не дышала лишь когда мужская рука перестала греть мою ладонь.
— Иди, — негромко велел муж.
Он сразу сосредоточил всецелое внимание на мониторе, где была открыта какая-то страница со статьей, а я неровным шагом отступила от стола.
Аккуратно закрыв за собой дверь, я на некоторое время застыла возле нее, будто прислушиваясь, что происходит в кабинете. На самом деле я прислушивалась к себе. Напряженно пыталась понять — что не так? Почему ориентиры, которым я долго доверяла, вдруг начали меня смущать? Ведь они помогали мне существовать в этом доме — выбирать безопасную, правильную модель поведения. А теперь… будто размылись все и стерлись.
Я привыкла к роли, которую сама для себя определила. Я смирилась с мыслью, что Амран — опасность. Человек желающий совершить через меня возмездие. У него есть для этого все причины! Но в последние дни, то, как он вел себя… сильно сбивало с толку. Его решения и снисхождение в отношении меня — это никак не вязалось с прочным злым образом, который я выстроила в голове.
