Плутарх продолжает: «Клеопатра не отпускала Антония ни днем, ни ночью, крепче и крепче приковывая к себе римлянина. Вместе с ним она играла в кости, вместе пила, вместе охотилась, бывала в числе зрителей, когда он упражнялся с оружием. По ночам, когда Антоний в одежде раба бродил и слонялся по городу, останавливаясь у дверей и окон домов и осыпая своими обычными шутками хозяев, Клеопатра была с ним рядом, одетая ему под стать. Нередко он и сам слышал в ответ злые насмешки и даже возвращался домой помятый кулаками александрийцев, хотя большинство и не догадывалось с кем имеет дело. Тем не менее, шутовство Антония было по душе горожанам. Они с охотою и со вкусом участвовали в этой игре и говорили, что для римлян он надевает трагическую маску, для них же – комическую».
Клеопатра рожает Антонию мальчика и девочку. Мальчика назвали Александром, девочку - Клеопатрой. Антоний и египетская царица стали появляться народу в образе божеств - Диониса и Исиды. При этом сын изображал Гелиоса (Солнца), а дочь - Селену (Луну). Все вельможи были обязаны волей-неволей участвовать в этом представлении, а простой народ - приносить дары и жертвы.
Для большой и красивой любви не стало препятствием и то, что Антоний состоял в законном браке. А женой его была не кто-либо, а Октавия - сестра триумвира Октавиана.
Отношения Клеопатры и Антония вступают в новую фазу. Свидетельствует Плутарх: «Когда Антоний входит, глаза ее загораются. Он выходит - взор царицы темнеет, затуманивается. Клеопатра прилагает все усилия к тому, чтобы он почаще видел ее плачущей. Но тут же она утирает и прячет свои слезы, словно бы желая скрыть их от Антония».
Я уже упоминал об отмеченной Плутархом «редкой убедительности речей» Клеопатры. На месте историка слово «редкой» я бы заменил на слово «гипнотической»: Клеопатре удалось убедить Антония подарить ей римские владения, находившиеся под его управлением.
«Наполнивши толпою гимнасий и водрузив на серебряном возвышении два золотых трона для себя и Клеопатры, и другие, попроще и пониже, для сыновей, он прежде всего объявил Клеопатру царицей Египта, Кипра, Африки и Келесерии при соправительстве Цезариона, считавшегося сыном Цезаря, который, как говорили, оставил Клеопатру беременной. Затем сыновей, которых Клеопатра родила от него, он провозгласил царями царей, и Александру назначили Армению, Мидию и Парфию (как только эта страна будет завоевана), а Птолемею - Финикию, Сирию и Киликию. Александра Антоний вывел в полном мидийском уборе, с тиарою и прямою китарой, Птолемея - в сапогах, македонском плаще и украшенной диадемой кавсии. Это был наряд преемников Александра, а тот первый - царей Мидии и Армении. Мальчики приветствовали родителей. И одного окружили телохранители - армяне, другого - македоняне. Клеопатра в тот день, как всегда, когда появлялась на людях, была в священном одеянии Исиды. Она и звала себя новой Исидой». (Плутарх «Сравнительные жизнеописания»).
