От рассвета до заката полностью

К 2050 году население России будет около 90 миллионов человек, из них русские будут составлять менее половины. По численности населения Россия займет 22 место в мире, пропустив вперед Турцию, Танзанию, Египет, Вьетнам, Иран, Ирак, Мексику, Конго и Эфиопию. Для сравнения, в начале 20 века русские были второй по численности этнической общностью после китайцев, по численности населения России занимала 3 место в мире после Китая и США.

Являются ли эти прогнозы пессимистическими? Напротив! Исходя из исторического опыта, можно предположить, что динамично растущие этносы не будут дожидаться, пока последние немецкие Карл и Клара породят последнего арийца - Коралла или итальянские Ромео и Джульетта осчастливят мир последней кучерявой Мальвиной. Вполне возможным представляется развитие событий по косовскому варианту.

Напомню, что Косовский край в Югославии исторически был полностью сербским. «Затем мусульманам-албанцам, - пишет академик И. В. Бестужев-Лада, - в то время считанным процентам населения, разрешили селиться в горах, где сербов не водилось. Затем режим Тито, подражая советскому, провозгласил автономию и открыл дорогу албанцам в города. Через полвека косовский мир перевернулся. Албанское меньшинство, через массовую многодетную семью, стало большинством. А православное сербское большинство, через массовую однодетную семью, стало меньшинством. И тогда большинство стало вооруженным путем сживать меньшинство со света». Остальное - известно.

«Мы заново колонизируем Америку, потому нас и боятся. Настал срок забрать то, что принадлежит нам по праву», - заявил Рикки Сьера из Национальной гвардии чиканос в США.

Хосе Анхель Гутьеррес, профессор политологии в университете штата Техас (Арлингтон), сказал, выступая на митинге: «Белая Америка стареет. У них больше не рождаются дети. Они вымирают. Наша сила в нашей численности. Они дрожат от страха - и мне это нравится!»

После восстания латинос в 1992 году в Лос-Анджелесе, Рон Унц писал: «Клубы дыма над горящими зданиями, бесстрастные телевизионные съемки, фиксирующие разрушения, практически уничтожили чувство социальной защищенности у среднего класса в Южной Калифорнии. Если «мультикультурный» Лос-Анджелес в одночасье превратился в хаос, на какую безопасность может рассчитывать белое меньшинство в стремительно латинизирующейся Калифорнии?»

Возможно американцам, и не только им, стоит вспомнить Джона Стюарта Милля, предостерегавшего, что «Установление свободы почти невозможно в стране с разными национальностями. Среди людей, лишенных чувства близости, особенно, если они говорят и читают на разных языках, невозможно наличие согласованного общественного мнения, необходимого для деятельности правительства».

Нарастающая миграция столь же радикально меняет этнический состав Старого Света. В 1999 году в Европу только нелегально прибыло 500 тысяч человек.

Во Франции сегодня проживают 5 миллионов мусульман, на территории Европейского союза - до 15 миллионов.

В Германии насчитывается 15 тысяч мечетей. Для сравнительно небольшого города Берлина с населением в 3,4 миллиона человек, 450 тысяч иностранцев, из которых большинство - турки, являются определяющим лицо города фактором. Берлинский район Кройцберг превратился в маленький Стамбул. В Германии проживает 7,3 миллиона иностранцев, по большей части - турок. Теперь коренные немцы пожинают плоды своей политкорректности, слыша в свой адрес: «Исламу принадлежит будущее Германии!» или «Наша религия выше и немцы должны ее придерживаться!»