К XVII веку католическая церковь приобрела огромное влияние на культурную жизнь в Испании. Религиозная живопись занимала определяющее место в истории испанского барокко, отличавшегося строгой сдержанностью и глубиной, сумрачностью и склонностью к мистике. Новый импульс для развития стиль барокко получил в Испании в первые десятилетия XVII века после открытий Караваджо, которые стали прекрасным ответом на запросы испанского искусства. Великолепные мастера Хусепе де Рибера (1591–1652) и Франсиско де Сурбаран (1598–1664) развили принципы караваджизма и создали основу для формирования испанской национальной живописной школы. Оба были поклонниками тенебросо – при этом у каждого имелся свой собственный живописный почерк. Образы Риберы наполнены глубокими эмоциями, страданиями, его порывистая полупрозрачная живопись пронизана золотистым светом. Сурбаран – художник более сдержанный, живопись его более плотная, палитра более яркая и контрастная.
С увлечения караваджизмом начинал и великий испанский живописец Диего Веласкес (1599–1660). Ранние картины он создавал в своей родной Севилье. Они написаны в жанре бодегонес – так называли севильские харчевни, где и разворачиваются сцены первых картин мастера. Далее судьба приводит Веласкеса в Мадрид, где он работает при королевском дворе и становится любимым живописцем монарха. Как придворный портретист Веласкес создает галерею августейших образов, оставаясь даже в рамках парадных композиций автором сложнейших красочных симфоний, представляющих собой вершину живописи старых мастеров. В конце жизни этот испанский гений работает над картинами, в которых при помощи сложного построения он пытается выйти за границы двухмерности, разрушить барьер между зрителем и персонажами. Когда мы стоим перед шедевром Веласкеса «Менины», то понимаем, что инфанта, главная героиня, удивлена нашим присутствием – происходит чудо проникновения зрителя в картину. Искусство Веласкеса, омытое солнечным светом, лишено мистики или пафоса, а жизнь мастера также не отличалась резкими поворотами или острыми событиями. Он просто жил во дворце и просто писал портреты. Необъяснимая сила его воздействия – в невыразимо прекрасной живописи.
Эль Греко. Эсполио.
Хусепе де Рибера. Святая Инесса.
Франсиско де Сурбаран. Святая Изабелла Португальская.
Диего Веласкес. Портрет Филиппа IV в военном костюме (Ла Фрага).
На севере Европы барокко наиболее звучно заявило о себе во Фландрии, южной части Нидерландов, которые разделились на две части после длительных войн предыдущего столетия. Фламандцы сохранили сословное общество, монархию и католичество. Это создало благоприятные условия для развития барочных форм, поскольку для убранства соборов и дворцов были необходимы монументальные творения с многофигурными композициями.
Питер Пауль Рубенс (1577–1640) был поистине звездой фламандского барокко – яркой и неповторимой, излучающей радость жизни и умение быть счастливым. Подобно титанам Возрождения, Рубенс обладал многогранным талантом: он был ученым, дипломатом, философом и живописцем. Главным городом для Рубенса был Антверпен – там он писал алтарные образы для собора и пышные портреты аристократов, сюжеты из античной мифологии и охотничьи сцены. Искусство Рубенса отличают жизнеутверждающая патетика и неукротимый темперамент. Его герои сильны, эмоциональны, душевно и физически здоровы, полны оптимизма и энергии. С особым упоением художник пишет роскошные женские образы. Пышнотелые, с золотистыми волосами и прозрачной розовой кожей – они составили тип женской красоты, который по сей день называют рубенсовским.
Питер Пауль Рубенс создал свой вариант барокко. Значительно повлияв на становление всей фламандской школы, он стал автором особого живописного языка, многослойного, мерцающего, завораживающего своей глубиной. Кроме того, он открыл просторную мастерскую, где рядом с ним работали его многочисленные ученики и последователи.
Самым известным учеником Рубенса стал Антонис ван Дейк (1599–1641). Будучи ярко одаренным молодым человеком, он рано нашел свое призвание в портретной живописи и работал несколько лет в Италии, а затем был приглашен английским королем стать главным портретистом лондонского двора. Обладая виртуозной кистью и безукоризненным вкусом, ван Дейк создал пространную галерею репрезентативных образов членов августейшего семейства, самого короля, а также представителей аристократических фамилий. В своих торжественных композициях фламандец сохранял живость, эмоциональность, непринужденность модели, изображая героев в естественных позах. При этом он всегда подчеркивал аристократизм персонажей изящными жестами, утонченными пропорциями, изысканными нарядами. В результате ван Дейк произвел такой фурор в английском искусстве, что его считают основателем британской портретной традиции.
