От руин Карфагена до вершин Атласа полностью

Что объединяет руины Карфагена и вершины Атласа? На первый взгляд — лишь принадлежность к Магрибу, удивительному краю своеобразной красоты. Контрасты магрибинской природы изумляют чередованием суровых горных кряжей и захватывающих дух пропастей, цветущих оазисов и бескрайних пустынь. Впрочем, и «тьма веков», как назвал историю Магриба Эмиль Готье, также представляет собой пеструю цепь взлетов и падений, процветаний и разорений. Иными словами, чтобы познать Магриб, надо и спуститься к руинам, обычно расположением в долинах и на побережье, и подняться на вершины, малодоступные до сих пор.

Мне уже приходилось писать о странах северо-запада Африки, населенных арабами и берберами. Но каждый раз оставалось чувство какой-то недоговоренности, недосказанности. Происходило это ввиду невозможности однозначно охарактеризовать страны Магриба — то ли «восточный» Запад, то ли «западный» Восток? Соотношение восточной и западной специфики здесь, как и всюду в бассейне Средиземного моря, весьма своеобразно и трудноуловимо. Данное обстоятельство, пожалуй, и породило идущее от средневековья представление о таинственности и загадочности Магриба, края магов и волшебников, чарующих сказок и удивительных легенд. Причем так воспринимали Магриб, магрибинцев и все магрибинское не только на Западе, но и на Востоке.

Североафриканское дыхание давно ощущается в Европе. Как считают некоторые историки — тысячелетиями. Еще древние греки пытались колонизовать южные берега Средиземного моря, а финикийцы, используя свои поселения на севере Африки, еще более успешно осваивали юг Европы. Существует мнение, что контакты, в частности, между народами по обе стороны Гибралтарского пролива имели место и раньше. Более того, многие авторы, например французские, пишут о внешнем сходстве берберов Магриба, как то — алжирских кабилов с крестьянами Оверни и Прованса, а также сходстве их таджемаита (народного собрания) — с древнегреческой агорой. Совсем недавно, как сообщали газеты, в результате подписания особого протокола мэрами современных Карфагена и Рима официально прекратилось состояние войны между древним Римом и уничтоженным им более двух тысяч лет назад финикийским Карфагеном. А ведь когда-то войны между ними были важным событием в истории не только Средиземноморья, но и вообще мировой цивилизации. И это помнят потомки и древних римлян, и карфагенян, воздающие должное своим предкам, их традициям и вкладу в культуру всего человечества. Подписанный мэрами символический римско-карфагенский протокол поэтому не курьез, а свидетельство внимания и уважения к традициям и культуре.

Таким образом, Магриб — это часть жизни Европы, а его история и культура всегда тесно взаимодействовали с европейской историей и цивилизацией, иногда почти сливаясь с ними, а иногда — отходя достаточно далеко, чтобы стать неузнаваемыми.

Отбрасывая мистицизм и романтизацию, берущие начало во «тьме веков» истории Магриба, стоит все же признать, что существует магрибинское чудо. Оно — в тайне, плотно окутывающей целые периоды в жизни народов и многих выдающихся людей, в необъяснимом очаровании разнообразных пейзажей Магриба, в сложном многоцветье магрибинской культуры, в контрастном, подчас непредсказуемом характере магрибинцев. Обо всем этом и хотелось бы рассказать в предлагаемых читателю путевых очерках, посвященных впечатлениям от поездок в Алжир, Марокко и Тунис в 1983–1987 гг.

Перед каждым, кто хотел бы рассказать о странах Магриба, неизбежно встает вопрос: о чем говорить в первую очередь, на что обратить внимание? Ныне за рубежом постоянно находятся тысячи советских людей, в том числе и журналистов. Многие из них длительное время работали в Алжире, Тунисе, Марокко, Ливии, а некоторые опубликовали воспоминания, дорожные дневники, статьи. Поэтому многое уже рассказано, причем довольно подробно и красочно. Читателю, на мой взгляд, должны бы уже надоесть умелые монтажи из путевых заметок и размышлений философского характера, личных наблюдений и сведений из справочников, поверхностной информации обо всем понемножку и пикантных анекдотов, особенно на исторические сюжеты. Все это годилось поначалу, для сугубо общего ознакомления. Теперь, когда этот этап позади, надо, очевидно, подумать о более углубленном подходе.