Новгород был покорен. Вскоре у Ивана III Васильевича родился сын Василий. Наследник! Радость русского царя (а по сути своей Иван III был уже монархом) была велика. И вдруг ему доложили, что хан Золотой Орды Ахмат прислал к нему гонцов с басмой (своим изображением). Всегда ранее (до женитьбы на Софии) великие князья встречали ордынских послов в местечке на середине современной Новокузнецкой улицы и кланялись басме или болвану (изваянию). То ли София, как считают некоторые историки, уговорила прекратить эту унизительную процедуру, то ли сам Иван проявил инициативу, но уже несколько лет ордынским басмам и болванам поклоны не отбивались. Супруга русского повелителя, «жена хитрая, честолюбивая», властная, знала цену себе и своему мужу. Женским тонким, изощренным чутьем она почувствовала, что пришла пора закончить с ордынцами, и часто по-женски капризно повторяла: «Долго ли мне быть рабыней ханскою?».
Софию злил ордынский дом на территории Кремля, ордынские лица, снующие туда-сюда, выслушивающие, выслеживающие. Великая княгиня, родом из семьи византийских императоров, такое безобразие терпеть долго не могла. Она написала письмо жене Ахмата и убедительно попросила у нее Ординское подворье, где ей очень хотелось построить церковь Николы Гостунского. Взамен ханше предлагалось другое место, естественно, не в Кремле. Сделка состоялась. София одержала, если верить легендам, первую «территориальную» победу над ордынцами, она изгнала их из святая святых русского народа – из Московского Кремля.
К женщинам Рюриковичи относились, как уже говорилось выше, с некоторой (во всяком случае, внешне) прохладцей. Все-таки – женщина. Она не участвовала практически ни в каких политических мероприятиях, а просто рожала Рюриковичей, и этого ей должно было хватать для полнокровной, счастливой жизни. Не хватало. И хотя активно и непосредственно государственными делами занималась в Древней Руси лишь одна княгиня Ольга, мать Святослава, но влияние женщин на политику князей было немалое, о чем лучше всего говорит судьба Ивана III Васильевича. И дело тут не в том, что София, согласно легендам, довольно-таки энергично вторгалась в дела мужа, но еще и в самом Иване, не раз советовавшемся со своей матерью.
