Она скончалась вдруг 3 апреля 1539 года во втором часу дня. В тот же день ее похоронили. «Бояре и народ не изъявили, кажется, ни самой притворной горести. Юный великий князь плакал и бросился в объятия к Телепневу…»[104]Теперь уже бывший возлюбленный правительницы был в отчаянии, но не о его чувствах идет речь, а о мальчике, обиженном судьбой. В тот грустный для чувствительного ребенка миг Ваня потянулся к самому близкому человеку! К Телепневу! Этот факт говорит о том, что у Вани и Ивана были теплые взаимоотношения. Такой человек, каким был Иван IV Васильевич (Грозный) даже ребенком, не бросился бы к недругу, к равнодушному фавориту своей матушки. Здесь, по всей видимости, было нечто другое, чем обыкновенная похоть высокопоставленного пройдохи и влюбленность очарованной правительницы. Здесь могла быть любовь, которая, как неожиданная зимняя гроза, вдруг налетела в неурочный час на двух, для любви не там посеянных судьбой людей, людей государственных. Им заниматься нужно было не любовью, а проблемами страны Московии. Наверняка они это понимали, об этом говорили, обсуждая государственные проблемы, поведение бояр, угодных и неугодных им. И наверняка что-то из этих бесед слышал Ваня, к которому Телепнев относился, по всей видимости, по-отечески.
Данная версия (не похоти и влюбленности, а любви) – спорная, но даже если она и неверна, то бросившийся к Телепневу сын Елены Глинской уже в те дни наверняка знал слухи об отравлении своей матушки. Отравили! Не все летописцы доверяют этим слухам, хотя никто из них не сообщает о какой-нибудь болезни либо о каком-то несчастном случае, явившимся причиной смерти. Умерла цветущая женщина, похоронили ее, и точка.
Ивану IV Васильевичу было в день похорон Елены Васильевны Глинской восемь лет. Это возраст, когда у большинства обыкновенных людей появляется чувство поиска, быстро заменяющее другое чувство – накопление впечатлений, Поиска всего, чем дорожит человек, в том числе поиска вины, виноватых, смысла жизни… Мальчик Ваня искал, доказательством этому станут его письма – ответы Андрею Курбскому, речь о которых еще впереди.
