Она что-то взвешивала на руке. У нее было странное выражение лица, и я ощутила, как у меня забился пульс. В воздухе повисло напряжение.
– Что такое, Эми?
Слова Мэтти прозвучали непринужденно, но чувствовалось, что за ними кроется беспокойство. Так говорят дети, когда понимают, что наказание неизбежно.
Мама медленно, как фокусник, разжала ладонь и продемонстрировала маленькую круглую золотую сережку. Посмотрела на пустые бутылки, смятую одежду.
– У тебя здесь была женщина, Мэтти?
Она говорила напряженно, подозрительно прищурив глаза.
Кровь прилила к щекам, в животе открылась зияющая пропасть. Мэтти никогда бы нам не изменил. Да?
Он зашелся смехом и назвал ее зайчишкой-глупышкой.
– Ты серьезно?
– Это точно не моя сережка.
Я сложила в голове пазл и немного успокоилась.
– Это маме, правда? Раз уж ты не купил щенка.
– Для твоей мамы я приготовил кое-что другое. – Он игриво посмотрел на нее, она не ответила на его призывный взгляд. – Кстати, о подарках… – Мэтти порылся в спортивных сумках и вытащил кубик Рубика. – Лови!
Я не успела среагировать, как кубик попал мне в лицо.
– Прости, тыковка… Больно?
Веко пульсировало, но я ответила, что нет.
– Точно? Глаз покраснел.
– Ты же не специально.
– Я все еще жду ответа. Откуда эта сережка? – чеканя слова, повторила мама.
– Моей мамы, как и поводок.
– Как много ее вещей перекочевало в твой чемодан… Ты вообще ездил в Ирландию?
– Конечно, ездил.
– Телефон выключен, а в квартире полно пустых бутылок…
– Люблю себя побаловать. В чем дело, Амелия-Роуз?
Ее плечи обмякли и, раскрыв руки, мама шагнула ему навстречу:
– Просто скажи мне правду, Мэтти.
– Это правда.
– Неужели ты думаешь, я поверю, что ты пил шампанское в одиночестве, а материна сережка случайно оказалась в твоем багаже?
– Я не ожидаю, что ты поверишь. Но что тогда ты здесь делаешь, если так плохо обо мне думаешь?
Много лет спустя мама вспоминала: «В его голосе звучала такая горечь, что я почти купилась».
Мэтти Мелгрен НЕВИНОВЕН!
Нужны доказательства? Пожалуйста.
До своего ареста Мэтти помог полиции раскрыть дело Кларенса Уолша, известного как Ночной Душитель, который ранее обращался к Мэтти как к психологу, когда в пожаре в их доме погибла его дочь Дьердре.
Еще интереснее то, что оба мужчины до своего приезда в Лондон в восьмидесятых годах, в семидесятых искали работу в Бостоне в американском штате Массачусетс. Однако мы не знаем, были ли они знакомы в то время.
Доподлинно известно, что у Уолша, как и у Тени, фетишем были ноги.
Доказывает ли это, что полиция арестовала не того? Что Мэтти, возможно, подставили?
Такой сценарий очень вероятен.
5 комментариев
Может быть, он выставил Уолша козлом отпущения? Признак вины, а не невиновности?
Мэтти и Ночной Душитель встретились в 1970-х и могли сговориться…
Кто поджег дом Уолша? Вот что хотелось бы узнать.
Это одно из дел, которые так и останутся загадкой.
Не понимаю, при чем здесь ноги…
– Невозможно, – сказала мама Линде. – Других объяснений, откуда у него все эти вещи, быть не может.
Несмотря на все аргументы, она просто отказывалась верить в отсутствие тайной женщины у Мэтти.
Когда мама заводила о нем разговор, мне хотелось врезать кулаком по стене, хотя, если посмотреть на происходившее тогда с позиции взрослого, дело было в низком уровне доверия. Мама всегда в нем сомневалась. Она была воспитана в христианской семье, с неизменной Библией на прикроватном столике, и видела мир черно-белым, как ей внушили родители. Жаль, что об этом забывают, когда обвиняют ее в том, что она знала о злодействах Мэтти и ничего не делала.
Если кто и закрывал глаза на правду, так это я.
– Ты можешь от него отстать? Хоть раз поверить ему?
По ней было не догадаться, но после исчезновения на Рождество она очень боялась его снова оттолкнуть. Я боялась того же.
Мэтти вернулся, и я вспомнила, как пусто было на душе, когда он уехал, как я по нему тосковала. С ним наша квартира становилась Домом. С ним у нас была полноценная семья.
