После обеда Кейт отправила Стефани в постель, а сама стала мыть посуду. Дождавшись, пока Джош и Чарли уйдут на конюшню, она повернулась к Коулу.
– Что же, теперь ты на ней женишься? Коул вздохнул – он ждал этого вопроса.
– Нет, не женюсь. Это будет нечестно по отношению к Стефани:.
– Ты погубил ее репутацию и говоришь, что будет нечестно ее восстановить! – Она скрестила руки на груди и смерила его грозным взглядом. – Может, объяснишь?
– С ее репутацией все в порядке. Никто, кроме нашей семьи, не знает, что мы ночевали в сторожке вдвоем. – Он сдвинул брови. – А она любит другого.
– Кого? – изумленно спросила Кейт.
– Джеймса. Она снова звала его во сне и говорила, что любит. – Он помолчал. – Настанет день, когда она все вспомнит, или же кто-нибудь ее найдет. Представь себе: она замужем за мной, а в ее жизнь возвращается человек, которого она любит на самом деле. Кроме того, ты забываешь: она, может быть, уже замужем.
– Бог ты мой! – несколько секунд Кейт переваривала услышанное. – Коул, а она не могла забеременеть?
– Кейт Кентрелл, за кого ты меня принимаешь?
– Хм... Ты мужчина, и в жилах у тебя не розовая водичка, а она – красивая женщина. От такого сочетания недалеко до ребенка.
– Слишком уж ты подозрительна.
– Слишком не слишком... – Она повернулась к столу. – Только порой случается, что метель уносит здравый смысл прочь.
О возможности появления ребенка Коул еще не думал. Стефани может и не понять, что беременна... Коул невольно представил себе маленькую зеленоглазую девочку с веснушками и каштановыми косичками. Но он отогнал непрошеное видение и начал высчитывать дни. Все станет ясно к Рождеству, а до этого нет смысла ни о чем спрашивать.
Он покосился на Кейт. Та, кажется, забыла о посуде: мечтательно улыбаясь, она смотрела куда-то вдаль и рассеянно поглаживала камею на шее – как всегда, когда вспоминала о Джонатане. Коул невольно подумал о том, было ли что-нибудь у его отца с Кейт до свадьбы. Может... нет, только не Кейт, с ее-то несокрушимыми устоями! Коул тряхнул головой, и назойливая мысль исчезла.
Стефани проспала несколько часов и проснулась бодрой и свежей. Правда, двигаться ей было трудно, все мышцы ныли – прошлая ночь не прошла даром, – но от этой боли сладко щемило грудь. Неожиданная находка отодвинула ночные события на задний план, но Стефани ничего не забыла.
Она вышла на кухню, и Кейт встретила ее обычной добродушной болтовней. Но вскоре прозвучал вопрос, которого так боялась Стефани.
– Скажи, Коул в сторожке не сделал с тобой ничего... э-э... нехорошего?
– Сегодня утром он запустил в меня снегом, – с благородным негодованием ответила Стефани. – И еще предложил мне что-нибудь сшить из дерюги, чтобы не скучать.
Она убеждала себя, что не лжет. Коул не сделал с ней ничего плохого – ничего такого, чего бы она не хотела.
– Весь в отца, – прыснула Кейт. – Тот тоже мастер дразнить да подначивать. – Она помолчала, затем заговорила, пристально глядя на Стефани и тщательно подбирая слова. – Знаешь, бывает, что мужчина и женщина проведут ночь наедине, а люди потом выдумывают невесть что. Нам лучше будет просто все забыть.
Стефани кивнула, хотя все ее существо возмутилось. Забыть самую прекрасную ночь в жизни? Да ни за что на свете!
Отворилась дверь, впустив в кухню струю холодного воздуха. Стефани недоуменно вгляделась в смутно знакомое лицо.
– Леви? – Без длинных волос и бороды он стал совершенно неузнаваем.
– Собственной персоной, – ответил он, растирая замерзшие щеки. – Теперь-то я вспомнил, почему зимой лучше носить бороду. – Он с надеждой воззрился на плиту. – Милые дамы, не угостите ли чашечкой кофе? На улице холод собачий...
Стефани налила чашку кофе и замерла, глядя, как Леви выпутывается из рукавов тяжелого кожаного пальто. Прежде длинные космы и борода скрывали его сходство с Коу-лом, но теперь любой признал бы в них братьев: оба высокие и крепкие, с правильными, словно точеными лицами. Леви был сантиметров на пять ниже брата, но шире в плечах. Природа не наделила его яркостью Коула, но каштановые волосы и серо-голубые глаза, искрящиеся добродушным весельем, были не менее привлекательны.
– Ну, как я выгляжу?
Стефани сообразила, что бесцеремонно его рассматривает, и покраснела.
– Я просто подумала, что вы очень похожи на Коула.
– Нет, это он на меня. Я заимел физиономию раньше. Так нравлюсь я вам или нет?
Стефани поставила кофе на стол и обошла вокруг Леви, нарочито критически прищурив глаз.
– В бандиты вы теперь точно не годитесь, – подытожила она. – Вам не угнать и самой захудалой скотинки.
– Что ж, я давно собирался встать на честный путь. Тяжело, когда на тебя чуть что наставляют ружье. А вы? Будете по-прежнему красть коров?
Она улыбнулась.
– Честно говоря, я как раз подыскивала сообщника. Но раз вы вышли из игры...
– Кончайте дурака валять, – подала голос Кейт, – попробуйте лучше новое печенье по рецепту Пруди.
