– Нет, только о деньгах. Я узнал, куда их вернуть, и дело уже на мази. Позже, когда денежные страсти улягутся, постараюсь узнать что-нибудь еще. Нужно, не возбуждая подозрений, выяснить хотя бы твою фамилию и откуда ты родом. А уж по этим данным можно будет и брачную запись разыскать – если она существует.
– Но мы так и не знаем, воровка я или нет. Тебя это не беспокоит?
– Нет. – Он нежно взял ее за голову и приблизил ее лицо к своему. – Прошлое меня не тревожит. Только настоящее и будущее – наше будущее.
– О, Коул, я так тебя люблю!
Стефани не возражала, когда Коул раздел ее под холодным утренним солнцем, и не протестовала, когда он завернул ее в кусачее шерстяное одеяло. Только когда он взял ее на руки и понес к ручью, она заподозрила подвох.
Дойдя до воды, Коул присел на корточки и улыбнулся ей. В глазах у него горел дьявольский огонь.
– А теперь вспомним кувшин ледяной воды.
– Коул Кентрелл, не смей!!
Он притворился, что вот-вот разожмет руки. Стефани отчаянно завизжала, но Коул снова подхватил ее и вдруг начал целовать, целовать, пока она не задохнулась от желания. Он положил ее к себе на колени. Стефани закрыла глаза и почувствовала, как прохладный ветерок обвевает ее груди – Коул снял одеяло. И вдруг вздох наслаждения превратился в гневный вопль – этот негодяй выплеснул ей на грудь пригоршню холодной воды.
Коул ловко увернулся от оплеухи.
– Ай-яй-яй! – произнес он, великолепно подражая ее голосу. – Я бы на твоем месте этого не делал.
Он наклонился и начал слизывать с ее тела капельки. Закончив, взглянул на нее и увидел в зеленых глазах огонь – не гнева, но страсти. Он рассмеялся низким горловым смехом.
– Теперь мы квиты, – хрипло сказал он и провел пальцами по ложбинке меж грудей. – Я никогда не бросаю начатого дела.
– И не надо, – прошептала она. Их губы встретились, влюбленные опустились на землю, и благоухающие цветы стали их ложем.
Весь день они говорили, смеялись и снова любили друг друга. Стефани расспрашивала Коула о его жизни с Мегги, и он рассказывал все, ничего не скрывая. Стефани от души пожалела, что не знала эту женщину.
– Не понимаю, – закончил рассказ Коул. – Мое сердце полно любовью к тебе, но и ее я люблю так же, как раньше.
Стефани улыбнулась и погладила его по щеке.
– Часть твоей души навсегда останется с Мегги. Так и должно быть. – Вдруг она задорно улыбнулась. – Я готова делить тебя с памятью о Мегги, но с Салли – увольте!
– Об этом не беспокойся!
– Отлично. – Стефани улыбнулась. – Надоело ставить ее на место.
Было уже темно, когда они вернулись, усталые и безмерно счастливые. Если у Кейт и Чарли оставались сомнения относительно истинной цели поездки, они исчезли, едва Чарли спросил, готовы ли луга к выпасу. Коул с минуту смотрел на него, явно не понимая, о чем речь, затем досадливо переглянулся со Стефани. Очевидно, в горах этой парочке было не до пастбищ; но Чарли сделал вид, что удовлетворен уклончивым ответом.
Коул и Стефани решили хранить свои отношения в тайне, но это оказалось труднее, чем они думали. Оба желали проводить вместе каждую ночь, но пока это было невозможно. В первую же ночь Стефани не смогла заснуть. Она пошла к загону и там, прислонившись к ограде, любовалась лошадьми, как вдруг из тьмы конюшни возник Коул.
– Вот уж не ожидал тебя здесь встретить! – заметил он.
Она улыбнулась.
– Не могу заснуть.
– Я тоже. – Он вздохнул и прислонился к ограде рядом с ней. – Лежу и думаю о тебе.
– Какое совпадение! А я о тебе. – Стефани рассмеялась низким, мелодичным смехом. – Любимый, мы оба страдаем бессонницей.
– Этот недуг легко вылечить. – Он обнял ее. – Немного гимнастики – и мы заснем сном младенцев.
– О чем это ты? – спросила она и потерлась носом о его щеку.
– А сама не догадываешься?
– Ну, если ты мне покажешь...
Их губы встретились, и они не произнесли больше ни слова, пока не вошли в спальню Коула. Да и там слова были не нужны.
С тех пор такие сцены повторялись каждую ночь. Стефани жила в каком-то блаженном тумане и думала, что ничто больше не омрачит ее счастья.
Она ошибалась.
Замысел Салли явно не удался. Иначе Стефани уже катила бы в Сент-Луис. А по приезде... В случае ошибки Орсон Пикетт наверняка не стал бы покупать ей обратный билет, и Коул никогда бы ее не нашел.
Салли и в голову не приходило, что Орсон Пикетт сам нагрянет в Конский Ручей, однако он сообщил дату приезда. Салли была в растерянности. Если Стефани – не та, кого он ищет, все тщательно подготовленные планы летят к чертям. Конечно, Пикетта и тогда можно будет как-то использовать, но тут Салли сомневалась в успехе. Так что встречала она Орсона на вокзале с немалым беспокойством.
Орсон ожидал, что вместе с Салли приедет Стефани и, не увидев ее, был разочарован. Однако, забросав Салли вопросами, он быстро убедился, что прибыл не зря.
– Я хотел бы как можно скорее с ней увидеться, – сказал он.
– Ну, чтобы устроить встречу, понадобится время.
Орсон поднял брови.
– Почему?
– Во-первых, мы не уверены, что это ваша мисс Скотт. А вы для нее так или иначе чужой человек – она же не помнит прошлого.
