Стефани вскрикнула, письмо выпало из задрожавших рук. Голова у нее пошла кругом. Элизабет замужем за Коулом? Каким образом? А Мегги? И тут ее словно ударило: да Мегги и есть Элизабет! Коул сократил «Маргарет» в «Мегги», как «Стефани» в «Стеф». Он не знал прежнего имени жены, поэтому никогда не слышал об Элизабет Скотт. Теперь Стефани поняла, почему с первого взгляда привязалась к Джошу: он напоминал ей сестру.
Выходит, она пересекла полстраны – почти наугад, не зная точно, где начинать поиски, – и сразу оказалась в нужном месте... Господи, голова кругом идет!
Ну, конечно! Она могла бы и без письма догадаться! Стоило лишь, преодолев нестерпимую тоску, вспомнить ту музыкальную шкатулку Мегги. Это же мамина шкатулка, и Элизабет взяла ее с собой на память.
Вдруг из груди Стефани вырвался горестный стон. Элизабет умерла! Горе буквально раздирало ее на части. В мучительном одиночестве последних недель Стефани утешалась мыслью, что когда-нибудь найдет любимую сестру и никогда больше с ней не расстанется. Теперь же она потеряла разом Коула и Элизабет.
Коул! Господи, она любит мужа своей сестры! Теперь их отношения с Коулом предстали перед ней в ином, безжалостном свете. Если и оставалась какая-то надежда, она исчезла. Стефани подошла к окну и долго, невидящими глазами, смотрела на улицу. Вдруг дверь открылась, и Джеймс объявил о приходе Нэнс.
– Я хочу, чтобы ты узнала первой, – защебетала девушка, впорхнув в комнату, – мы с Орсоном обручились!
Стефани попыталась улыбнуться, но губы ее дрожали.
– Что ж, давно пора. Вы уже решили, когда свадьба?
– Нет, но Орсон говорит, как можно скорее. – Нэнс покраснела и опустила глаза. – Он говорит: иначе ему придется жениться, чтобы спасти мою честь.
Нэнс смущенно смотрела на подругу. Похоже, она огорчена.
