Я отправила письмо и решила до возвращения Дани отвлечь свой мозг свадебными хлопотами. И у меня это получилось. Не успела оглянуться – за окном стемнело.
Васильков вернулся домой поздно вечером и явно не в духе. Даже ужинать отказался. Ушёл сразу в душ, а потом завалился спать. На мои вопросы до сна отвечал односложно и слегка раздраженно.
Как я поняла, Даня психует из-за сложностей с новым клиентом. Проблемный какой-то ему достался, но отказаться от него нельзя, так как заняться его делом просил лично начальник.
Я расстроилась, что нам не удалось нормально провести время вместе. Мне это было необходимо для стабилизации собственного взбаламученного состояния. Однако обстоятельства сложились иначе. Пришлось принять данный факт.
В пятницу, перед тем, как уехать на такси, любезно заказанным для меня Константином Станиславовичем, я сама попросила, чтобы он написал мне сообщение, когда наше поручение будет выполнено. Но Симанович решил мне позвонить. И именно в тот момент, когда мы все мило ужинали запечённой форелью у Даниных родителей, обсуждая предстоящую свадьбу.
Я, увидев, кто звонит, сразу же отклонила вызов. Испугалась, что окружающие сразу всё поймут. Будто у меня на лице будет написано, что творится в моей голове. Напрягалась так, что даже лопатки сводить начало от неестественной позы.
Дане на прямой вопросительный взгляд я торопливо объяснила, что это звонок по работе, и он терпит до понедельника. Сказала, что устала за неделю, и хочу спокойно отдохнуть в кругу семьи.
По-хорошему, позже надо было бы перезвонить Симановичу, но я этого не сделала. Зато он написал мне в одиннадцать вечера сообщение:
«
Я не могла избавиться от ощущения, что в этом с виду обычном сообщении есть подтекст, поэтому ничего не ответила. Просто удалила. Хотя утром винила себя за глупость. Стоило бы написать: «Спасибо!», но уже точно было поздно.
В понедельник с больничного вышла Дарина, которая в течение дня слишком часто подбегала к моему столу по работе, да и просто поболтать, чем неплохо отвлекала от созерцания украдкой сосредоточенного профиля Константина Станиславовича и размышлений о том, что он обо мне думает. Потому что когда Симанович долго ко мне не обращался, у меня создавалось впечатление, что его особое отношение я сама себе выдумала. Да и недовольный вид Зарецкой, которая, похоже, обиделась на меня за то, что загрузила её в пятницу, намного легче не замечать, когда ты не одна.
– В чем ты пойдёшь на корпоратив? Решила? – щебетала Кулакова прямо над моим ухом. – Я себе такое офигенное платье ухватила на распродаже… Хочешь фотку покажу?
– Ага, давай! – согласилась, ощутив, как кожу на лице начало покалывать от знакомого пристального взгляда. – Красивое!
– Ну а ты? В чем пойдёшь? – не унималась подруга.
– Не знаю. Не думала ещё…
– В смысле, не думала? Корпоратив через два дня!
– Ну, значит, выберу из того, что у меня есть. Тоже мне событие. Я к свадьбе-то не успеваю готовиться…
Это наглая ложь! Я купила себе новое платье ещё неделю назад. Снова вечером пропустила фитнесс для этой цели.
– А что, много ещё осталось в подготовке? Может, я чем-то могу помочь?
В этот момент я резко повернула голову на Константина Станиславовича. Хотела убедиться, что ощущения меня не подводят, и он в открытую сейчас разглядывает меня. Но мужчина в ту же секунду сделал вид, что весьма увлечён работой, и нас не слушает. Только едва уловимая улыбка на его лице намекала на то, что Симановича веселит моя «честность» с подругой.
Мне захотелось вскочить, подбежать к его столу и потребовать объяснений. Сколько уже можно сводить меня с ума своими гляделками? Но, разумеется, я ничего такого не сделала.
– Слушай, Дарь, пойдём немного прогуляемся в счёт обеда? А то у меня уже спина затекла сидеть… – проигнорировав вопрос Кулаковой, решила выйти из кабинета, чтобы переключиться.
– Девушки, вы на улицу? – услышала я, когда потянулась в шкаф за курткой.
– Да! – радостно отозвалась Дарина.
– Купите мне стандартный американо в соседней кофейне? Или вам не по пути?
– Не по пути!
– Конечно, купим! – ответили мы одновременно с Кулаковой, при этом коллега сияла, как начищенный пятак. – Мы зайдём! Я тоже хотела взять себе кофе…
Я метнула в неё осуждающим прищуром, накинула куртку и вышла из кабинета. Дарина быстро засеменила за мной.
– Сонь, что с тобой? Нам разве сложно зайти за кофе? Грех отказывать такому мужчине…
– Какому такому? Я девочкой на побегушках не нанималась.
