Собаки начали пропадать около двух месяцев назад. Сначала мелкие, вроде пуделей и чихуахуа, а потом все крупнее и крупнее.
Люди? Нет, люди пока не пропадали, разве что бомжи? Но кто там их считать будет?
Ирина подумала, что кто-то может и не знать. А ведь…
Пропал алкоголик. Или бомж. Или просто одинокий человек, мало ли что бывает? Но если местный участковый не беспокоится, Ирине тем более дорогу не дадут. Не ее участок, вот и не лезь.
Точка.
Темнело.
Кирилл держался рядом с Ириной, не отходя дальше чем на два-три шага. Пока люди разошлись, Ирина делилась соображениями.
– Если что… если сегодня ты ничего не учуешь, придется еще пару раз приезжать. Сам понимаешь, даже у рыбаков не каждая рыбалка с уловом.
Оборотень смотрел мрачно, но не возражал. Сам первый начал…
– Джеки! ДЖЕКИ!!
Ирина переглянулась с Кириллом и помчалась на крик. А может, и повезет?
Кричали чуть ли не с другого конца пустыря. Молодая девушка, лет восемнадцати-двадцати, стояла с поводком в руке и растерянно оглядывалась по сторонам.
– ДЖЕКИ!!
– Что случилось?
Девушка и не подумала огрызаться. Не до того.
– Джеки убежал…
– Джеки? Это пес?
– Да. Это свекрови моей… ой! Жуть жуткая, она ж меня сожрет!!
– Давай в двух словах, что за пес, и ищем, – скомандовала Ирина.
В двух словах не получилось, но хоть как-то.
Тамара, так звали девушку, выгуливала собачку свекрови. Та души не чаяла в своем чау-чау и позволяла Джеки – всё. Естественно, пес быстро понял, что главный в семье именно он, стал типичным домашним тираном, и разубедить его не представлялось возможным. Ибо – кусается. Нет, свекровь он не кусает, только рычит и зубы скалит, а вот кого другого…
Тамаре уже несколько раз от него доставалось, даже до крови прогрызал, гад! А если сам не покусает, так хозяйка за него кого угодно загрызет.
Тамара собакена терпеть не могла. Но…
Свекровь вывихнула ногу, и врач прописал ей постельный режим. Кому пришлось гулять с Джеки?
По утрам приезжал сын. Выгуливал барбоса и ехал на работу. А вечером пришлось отправляться Тамаре. Отдавать семейный долг…
Вот уже три дня.
Как там кобель вел себя с мужем – вопрос другой. А вот Тамара с ним справиться не могла чисто физически. Тридцать килограммов вредного характера чихать хотели на пятьдесят пять Тамарочкиного. Все ее команды пес имел в виду, и кто кого выгуливал, оставалось под большим вопросом.
А сегодня и вообще удрал.
– Поводок, – скомандовала Ирина и сунула полученное под нос Кириллу. – Ну?
Оборотень ощерился, мол, не лошадь, не нукай, но с места двинулся, активно принюхиваясь. Шаг за шагом, потом чуть ускорился… Ирина с Тамарой побежали за ним.
Кладбище.
Кресты, могилки…
Кирилл уверенно бежал куда-то вперед. Пока не раздались звуки борьбы.
Нечисть там, не нечисть – оборотень тоже собачка не комнатная.
– Джеки! – вскрикнула Тамара, падая на колени рядом с кучей рыжего меха.
Ирину такие мелочи сейчас не интересовали. Жив – хорошо, нет – уже не поможешь. А вот сама нечисть…
Больше всего оно напоминало лысую левретку. Если ее увеличить раз так в десять, пропорционально. И снабдить человеческими руками. И хвост почти крысиный.
Ладно, не в десять раз, но в пять точно.
Кирилл сцепился с ней, но явно проигрывал.
У оборотня были и зубы, и когти, но когти-то собачьи, а не кошачьи. Такими как следует сразу не раздерешь.
А вот у нечисти они были острые, как иголки. И воевать с собаками ей было привычно.
Она душила хвостом, рвала когтями брюхо, подбиралась длинными клыками к горлу…
Ирина церемониться не стала. Берцы – ваш пинок будет неотразим.
С ее пинком так и получилось. От прицельного удара нечисть улетела примерно на полтора метра; врезала Ирина душевно, как по футбольному мячу, тварь отскочила, зашипела и, не принимая боя, попробовала удрать.
Ага, от ведьмы с оборотнем…
Это обычную собаку после такого не заставишь встать и преследовать врага. А оборотень собрался и кинулся вперед одним прыжком, хватая тварюшку. Хотя кто там и кого – вопрос.
Но Ирине хватило времени.
Сорванная полынь почти обжигала руку. Ирина хлестнула ей по твари. Кириллу тоже не слишком понравилось, но – куда деваться?
Держи…
– На семи холмах, на семи ветрах, проросла полынь во семи дворах, проросла полынь через три земли, прогорел очаг, черные угли…
Ирина читала по памяти. А рука сама лезла в карман за солью.
Не любит нечисть соль, ох, не любит. Недаром же и морскую воду пересечь не может, и круг из соли, а кристаллы соли, выращенные самостоятельно, раньше вообще во многих домах висели.
Ирина от всей души посолила тварюшку.
Визг был такой, что заныли разом и все зубы, и все кости.
Оборотень тряхнул головой, подбрасывая тварь вверх и ловя ее, как кот – мышь. Только вот зубки у этого кота были здоровущие…
Пасть сомкнулась, выдавливая из нечисти… нежизнь.
Ирина перевела дыхание.
– Готова.
Кирилл придавил тварь лапой и посмотрел вопросительно. Мол, что это за новость такая?
– Могильная собака.
Взгляд стал еще более недоверчивым. Ага, собака. А чего не кошка?
– Я потом объясню. Пошли, девчонку найдем…
Кирилл толкнул лапой нечисть. Мол, а с этим что делать будем?
Ирина огляделась.
– Можем вон туда засунуть?
