А вот как проводить глубокую экспертизу, нас не учили. Алхимические реактивы для подобных процедур стоили очень недешево, и массово закупать их для нужд учеников не могла себе позволить даже такая школа, как наша. Да и работа для артефакторов это была не самая распространенная. Экспертиза была необходима для судебных или следовательских нужд или же при обнаружении каким-либо образом сложного артефакта неясного предназначения, владельца или производителя которого установить не удалось. Что само по себе случалось не так-то часто.
Макс выставлял на стол реактивы из коробки, подробно поясняя, что для чего предназначено. Я внимательно слушала, параллельно любуясь то длинными пальцами, перебирающими флаконы, пакетики и коробочки, то крохотной морщинкой — знаком сосредоточенности — между темными бровями.
Экспертиза оказалась делом непростым, трудоемким и педантичным. Первую половину дня я занималась тем, что изучала и записывала все характеристики медальона — точные размеры, подробные характеристики камней и их магического потенциала, описание и расшифровка каждой руны и ее предназначение в данном конкретном артефакте… Макс в этом деле мне компанию не составил, целиком и полностью доверившись моей аккуратности, и взялся за новый заказ, а к экспертизе присоединился только после обеда, когда пришло время заняться детальным выяснением того, что же собой представляет эта безделушка как артефакт.
Разобраться в нагромождении внутренних потоков было сложно. Мой мастер то и дело озадаченно цокал языком, недовольно качал головой и брезгливо морщил нос, когда попадались силовые узлы, которые даже мне, малоопытному стажеру, казались лишними и непрактичными.
— Здесь что-то не так, — сделал вывод Макс, следом за мной разглядывая артефакт, погруженный в широкую колбу с зеленоватым эльфийским раствором, призванным визуализировать ключевые магические течения. Сила в нем начинала мерцать и пульсировать голубоватым светом.
Я вгляделась в потоки. Нет, наворочено, конечно, много всего, но все циклы замкнуты и выведены в несколько ключевых точек: активация, деактивация и четыре позиции для связи с теми самыми, отсутствующими в наборе, прикладными артефактами.
— Смотри, — не разглядев понимания на моем лице, прима-мастер ткнул пальцем в колбу. — Видишь вот эту нить? Что проходит через все точки и выводит на активацию?
— Вижу, — кивнула я. — Но так и должно быть, разве нет? Связной поток…
— Да, должно, — согласился Макс. — А теперь присмотрись повнимательнее.
Я почти уперлась носом в колбу, до рези в глазах вглядываясь в тончайшие мерцающие волосинки энергии, оплетающие медальон, словно кокон, и уже хотела отстраниться, разочарованно качнув головой, как заметила…
— Их две! Вторая почти целиком скрыта за первой! Но зачем делать два связующих потока? И вообще так усложнять… — Я растерянно вскинула глаза на мастера.
Тот неопределенно пожал плечами.
— Два потока, завязанных на активации, делаются только в том случае, если нужно запустить одновременно две никак не связанных друг с другом функции.
— Но здесь не видно никаких других функций. — Я снова всмотрелась в зеленоватую глубь.
— Значит, либо их нет и двойной поток — ошибка мастера… — Я позволила себе наградить Макса скептическим взглядом. Артефакторы, способные создавать плетения такого уровня, столь глупых ошибок, думается мне, не допускают. — Либо, что более вероятно, второе предназначение артефакта мастер пожелал скрыть, и у него это очень хорошо получилось.
Макс выудил артефакт из жидкости, тщательно, насухо вытер. Покрутил в пальцах, как безделушку в ювелирном магазине.
— Сколько, говоришь, он весит?
— Двадцать три грамма.
— Слишком легкий. — Макс снова принялся разглядывать вещицу, и в серых глазах стремительно разгорался охотничий азарт.
— Разве? — усомнилась я, отчего-то испытав некоторый укол ревности. Это моя игрушка, он сам так сказал!
— Посмотри на толщину серебряной основы. Он должен быть тяжелее как минимум в полтора раза.
— Пожалуй… — неуверенно произнесла я. — И что теперь делать? Как выяснить, что там за скрытая функция?
Макс с явным сожалением положил медальон на стол.
— Напишем запрос в Управление, нужно разрешение на проведение вскрытия. А пока ждем ответ, оставим под присмотром контролирующих амулетов, пусть последят за активностью. Не хотелось бы, знаешь, залезть внутрь, а потом обнаружить твои кудряшки где-нибудь в столице.
— Вскрывать… — протянула я с некоторым сожалением, задумчиво провела кончиком ногтя по выпуклому хрусталю.
— Мы осторожно, — утешил меня Макс, погладив по плечу. Ладонь затем скользнула на шею, средний палец пару раз обвел по кругу выступающий позвонок…
Я машинально склонила голову, блаженно прикрыла глаза на несколько мгновений, позволила пальцам скользнуть ниже, подныривая под ворот рабочего халата и блузки, а вскинув ресницы, наткнулась на донельзя самодовольный взгляд. Я не удержалась и показала мастеру язык. Тот в ответ дернул меня за кудряшку.
А что? У нас все серьезно. Все по-взрослому!
