Настоящий третий том русского перевода труда Ферреро Г. соответствует третьему тому итальянского подлинника или третьему и четвертому томам французского авторизованного перевода. Различие между двумя изданиями состоит в том, что в итальянском оригинале автор все критические экскурсы и примечания обещает издать в виде отдельного тома, который, насколько мне известно, не вышел в свет до настоящего времени, тогда как во французском переводе эти критические экскурсы и примечания даны отчасти в виде подстрочных сносок, отчасти в виде приложений. Все эти дополнения сохранены и в нашем переводе.А. Захаров
В настоящем томе по тому же методу, как в двух предшествующих, я исследовал и изложил события от смерти Цезаря до того сенатского заседания, в котором Октавиан получил титул Августа. Я имею в виду время от 15 марта 44 года до Р. X. по 16 января 27 года до Р. X. — годы, наиболее важные в истории Рима, потому что в них заключается основной смысл всей власти и деятельности Августа; но они и наиболее трудные, ибо документы, кроме тех, которые относятся к самому началу этого периода, весьма фрагментарны, спутаны, отрывочны, насыщены партийной фальсификацией и ошибками историков, рассказывавших в последующие века об этих событиях, не понимая их.
Поэтому пришлось бы дать очень много критических экскурсов, чтобы детально проследить процесс, путем которого сложились элементы традиции, и раскрыть его. Не увеличивая с этой целью подстрочных примечаний, я издам в недалеком будущем отдельный томик критических приложений, где будут тщательно разобраны документы, касающиеся четырнадцати особенно важных пунктов, в которых мне пришлось более всего разойтись с традицией.
Мои изыскания расходятся с традицией главным образом в двух очень важных пунктах. Я рассматриваю как легенду, не имеющую никакого документального основания, так часто повторяемое утверждение, что Август был исполнителем планов Цезаря. Мы не знакомы с точностью этих планов, но каковы бы они ни были, в течение 27 лет, история которых рассказана в этом томе, произошла столь большая эволюция, а условия в Италии и империи изменились настолько, что перед Августом стояла задача, совершенно отличная от той, которую решал Цезарь. Другая важная ошибка, проходящая через всю историю начала империи, основывается на идее, также постоянно подчеркиваемой, что Август был основателем римской монархии. На самом же деле он был только творцом настоящей, а не формальной республиканской реставрации.
Г. Ферреро
Турин, 7 декабря 1903 г.
