Грегор встал и медленно прошёлся по библиотеке. Кажется, он не обедал и не ужинал сегодня. Голова немного кружилась. Может быть заняться тем, что он когда-то любил? Он вернулся к столу и открыл тетрадь с записями. Взгляд равнодушно скользнул по завитушкам драконьеего языка. Завитушки… Так называла их Кея. А вот здесь сидела она… Куда бы он не пошёл в своём доме, ему везде будет чудиться она. Он нигде не скроется… Грегор вздохнул, потом заставил себя сесть за стол и заняться работой, которая уже когда-то заставляла его забыть обо всём на свете и спасала от одиночества.
Постепенно завитушки стали вырисовываться в слова, а слова — в предложения. И когда их смысл начала доходить до Грегора, ему стало жутко. Он словно вживую видел картину упадка драконьего народа. Но и здесь его не оставляла мысль о Кее. Он пытался забыться и не мог, представляя, как он рассказывает об этом ей. Он видел, как воочию, жену, которая, улыбаясь, сидит рядом. Непослушный завиток выбился из причёски. Она прилежно водит пальцем по копиям записей из Ирзади… Но ведь это всё было ложью! Просто для того, чтобы усыпить его бдительность. Или нет… Грегор не знал ответа, и боялся думать об этом, вновь и вновь погружаясь в таинственные знаки на пожелтевшей бумаге.
Как только ночь сменилась бледным рассветом, он поставил точку. Теперь записи были расшифрованны полностью. От смысла открывшегося захватывало дух. Он узнал даже больше, чем хотел. Грегор перечитал записи ещё раз, с начала.
