Она попыталась надавить на крышку и услышала щелчок. Но он раздался не сверху, а снизу. Тихое шипение усиливалось с каждой секундой. И снова не было никакого запаха. В этот раз к горлу ничего не подкатило. Вместо этого она перестала чувствовать свои конечности.
В мозгу сразу прошла ассоциация с ядом. В прошлый раз она тоже не могла двигаться. Правда, это развивалось постепенно, а не резко за несколько секунд. Ноги уже не слушались её. У неё даже не получалось сжать ладонь в кулак. В ужасе Валисия смотрела прямо перед собой и ждала неминуемого конца.
Перед глазами стояли родители. Много лет они неустанно трудились ради её будущего, и чем она им отплатила? Второй раз за год планирует бросить учёбу, отказалась от возможной удачной партии (как посчитали бы родители). Не приезжала к ним ни на праздники, ни на выходные. Очень сухо отвечала на их длинные письма и даже не рассказала о том, что сменила специальность.
Если бы она могла заплакать, то непременно бы так и поступила. Она о многом жалела. И больше всего о том, что много лет не отстаивала своего мнения. У неё было столько возможностей просто сесть и поговорить с родителями, но она боялась разочаровать их. И теперь наворотила столько дел, что даже не знала, как всё исправить. Да и времени на это у неё больше не было.
Ей стало тяжело дышать. У неё получалось сделать лишь небольшие глотки воздуха. Голова кружилась от недостатка кислорода, сердце замедлялось, веки закрывались, как бы она ни пыталась удержать себя в сознании. Из горла вырвался тихий хрип, одинокая слеза скатилась из правого глаза. И вдруг над её головой резко распахнулась крышка.
Усмешка. Мёрзкая и холодная. Это было всем, что она успела увидеть, перед тем, как картинка перед глазами окончательно размылась. Валисия ощутила, что её тело подняли из ящика. Она не могла сопротивляться и не могла потеряться сознание. Без зрения и без контроля над телом, она чувствовала себя максимально беспомощной.
— Надеюсь, теперь ты смогла оценить, насколько серьёзно влипла? — знакомый голос прозвучал прямо ей в ухо.
Валисия попыталась повернуть голову и плюнуть в человека, из-за которого на Милу обрушился потолок. Но шея не смогла повернуться, а челюсть практически не подчинялась ей, поэтому слюна потекла по её подбородку.
Она услышала смех. Голосов было не меньше семи. На ярмарке Валисии так и не удалось понять, сколько человек её окружили. Когда на горизонте появился Уоллес, она отвлеклась на него, забыв оглянуться. Некоторые смешки показались ей знакомыми.
— Что-то мы не наблюдаем успеха в нашем общем маленьком предприятии.
Валисия услышала громкий шлепок. Ей показалось, что её голова резко повернулась в сторону. Она едва ощущала жжение кожи. Она словно находилась под воздействием полной заморозки.
— Расскажешь нам, зачем ты поделилась нашей тайной со своими друзьями? Что, ты думала, мы не узнаем?
Ей стало мокро и холодно, дрожь прошлась по всему телу. Валисия зашипела, на другие звуки её рот был неспособен.
— Так забавно, что ты практически ничего не чувствуешь, и мы можем делать с тобой всё, что захотим, — неприятный шёпот снова прозвучал прямо около её уха.
Валисия ощутила резкую боль в районе ключицы.
— Ты разочаровала нас, — этот голос она слышала впервые в своей жизни. — Но мы добрые. И хотим, чтобы ты оценила это, — скула отдалённо заныла, будто её ударили. — Мы даём тебе новые сроки. Две недели. Если за две недели справишься вместе со своими дружками, то, так и быть, мы тебя простим. Если не справишься, то мало вам всем не покажется.
Челюсть словно сдавили стальные тиски. Больше всего на свете ей хотелось ответить им, ударить кого-то, отомстить каждому за мучения последних месяцев. Но она могла лишь подчиниться ситуации и молча ждать, пока всё закончиться. И, конечно же, слушать все эти мерзкие слова.
— Ты скоро очнёшься, но тебе никто не поможет добраться до дома. Часики тик-так, две недели начинаются с сегодняшнего дня. Помни это и торопись, — с этим человеком она и говорила в ту ночь на ярмарке.
Она попыталась дёрнуться в его сторону, но тело отказалось подчиняться приказам мозга. Валисия ощутила недолгий полёт. В нос ударил неприятный запах помоев. Сознание покинуло её окончательно.
Когда у неё получилось открыть глаза, Валисия увидела над собой звёздное небо. Она чувствовала, что замёрзла. Днём на улице в Ниршахе обычно было очень жарко, ночью же ситуация менялась. Валисия осмотрелась и поняла, что лежит неподалёку от кучи мусора. Скорее всего, всё время, что она пролежала здесь, её принимали за бродяжку.
Кое-как у неё получилось подняться на ноги. Они дрожали и плохо слушались её. На одежде засохло несколько небольших пятен крови. Валисия, как могла, ощупала свою кожу и нашла несколько неглубоких порезов. Лицо болело, словно его долго и беспощадно били. Она поморщилась, сплюна, и пошла держась за стены в сторону гостиницы.
