Аглая принялась изучать стеллажи. Будь эта библиотека в реальном мире, Аглая захотела бы остаться здесь навсегда. Книги всегда были ее страстью. Но эти… Настоящие произведения искусства. И практически все новые, открытые лишь пару раз. Их корешки протестующе скрипели, не желая растягивать переплет. На кожаных обложках не было ни трещин, ни царапин. А бумага оказалась плотной и все еще терпко пахла чернилами. Некоторые фолианты, иначе и не назвать, оказались украшены драгоценными камнями. Аглая взяла одну из книг, открыла наугад и втянула аромат кожи и краски. Тут же вспомнился дикий бирюзовый взгляд. Пальцы впились в плотную обложку, и Аглая закрыла глаза. Посол вывел ее из равновесия. В его глазах было что-то такое… Помимо воли Аглая задышала чаще. Внизу живота скапливалось странное болезненное возбуждение. В крови бурлил дикий коктейль из адреналина и страха. Она никогда не нуждалась в сексе. А глядя на многих мужчин, вообще начинала испытывать отвращение к близости с ними. Но посол… Обычный человек или оборотень, ему удалось возбудить ее одним взглядом! Он смотрел на нее так, как наверное, мечтает каждая женщина. Чтобы хоть раз в жизни ощутить на себе такой голодный дикий взгляд. И Аглае это не нравилось. Не нравился свой моментальный отклик. Слишком бурная реакция. Вообще реакция! Почему она не осталась равнодушна? Что вообще такого в нем было? Аглая сделала глубокий вдох. К черту безымянного посла. Пусть идет и мусолит своими странными глазищами леди Мадален. Она, кажется, не против.
Аглая заставила себя сосредоточиться на книгах. Найти нужные не составило труда. Все оказалось довольно просто: стеллаж с детскими сказками и легендами, стеллаж с книгами по устройству быта и несколько стеллажей с массивными томами. Там-то Аглая и нашла исторические хроники. Внимательно изучила карту Дамгера, нашла Фьорир, который выглядел довольно маленьким. А вот земли оборотней на севере оказались огромны. Сплошные горы и фьорды. Ленты рек извивались, складываясь в необычный узор – Аглая никак не могла понять, что он ей напоминает.
Время поджимало, и Аглая выбрала следующую книгу из высокой стопки, вдруг осознав, что с легкостью понимает незнакомые прежде буквы. Они выглядели совсем не так, как привычный алфавит. Но Аглая без проблем читала каждое слово. А прочитать было о чем… Если все сказанное в хронике было правдой, то у нее конкретные проблемы. Черные строки выглядели смертельным приговором и опускались на Аглаю, как тяжелый молот. Автор утверждал, что ведьмы просто не могут противостоять желанию творить зло. Как бы они ни старались, природа брала свое. Они жили ради служения Сатане и совершали зло ради зла. Даже если какая-то из них раскаивалась и пыталась исправить свои деяния, то хватало ее ненадолго.
Чары, которыми Сатана наделил своих Дочерей, были сродни вирусу. Он попадал в кровь и отравлял организм. Укоренялся и разрастался, пока не подчинял себе волю хозяйки полностью.
Людям нечего было противопоставить ведьмам. Они во всем оказывались сильнее, коварнее и могущественнее. Пока не пришли оборотни. Тут тоже многое оставалось неясным. Аглая штудировала том за томом, но ничего конкретного так и не нашла. В потрепанной и покрытой жутковатыми бурыми пятнами книге она вычитала наполовину безумную легенду о Снежном Духе – огромном волке, обитающем в горах. Он стерег границы королевства от зла, живущего в бездонных ущельях, и мог превращаться в снежный буран. Но был безумно одинок. Каждую ночь он пел грустную песнь о своем одиночестве. Луна, наблюдающая с неба, влюбилась в могучего духа. Она сошла с неба, обратившись прекрасной девушкой. Ее красота пленила Снежного Духа настолько, что на какой-то миг его разум очистился от звериных инстинктов. В эту ночь Небесная Покровительница, как поэтично ее назвал автор, потеряла невинность и зачла дитя. Вернувшись на небеса она родила сыновей, которые могли принимать и человеческий облик, и звериный. Луна хотела женить их на Ярких Звездах. Но ее сыновьям было скучно на темных небесах, а Звезды хоть и были прекрасны, но оказались холодны и надменны. Тогда мать отпустила своих сынов на землю, к отцу. Чтобы они не забывали о ней, даровала им чудесные руны, понимать которые могут только оборотни. Отец научил своих детей сражаться, и вместе они стали стеречь границы королевства от зла. А после, когда объявились ведьмы, выступили на защиту людей.
Аглая со злости захлопнула книгу. В каком пьяном угаре нужно быть, чтобы придумать такую легенду?
– Сыновья волка и луны? Бред какой-то…
– Почему же?
Горячая ладонь коснулась шеи. Аглая от неожиданности подпрыгнула на стуле и обернулась. Сердце перешло на сверхзвук, выскакивая из груди. За спиной стоял посол. Вблизи он казался еще более огромным. Жуткие глаза светились в сумраке библиотеки. С нахальной улыбкой он смотрел на нее, пока пальцы гладили шею. От уверенных прикосновений по телу прошла предательская дрожь. Аглая почувствовала, как ее охватывает жар.
