— Посмотри на меня, Мио! И хватит врать. Матушка рассказала мне, что видела. Что ты сама к ней подошла, позволила себе издёвки при принце, при других аристократах!
— Перестань кричать, — процедила я сквозь зубы, едва сдерживаясь, чтобы не зарычать. — Ты привлекаешь всеобщее внимание. Мне не нужно, чтобы от меня потом вновь требовали публичных извинений перед леди де Рокфельт за то, что ты сам подошёл ко мне.
Некоторое время в ответ я не слышала ничего, кроме тяжёлого дыхания, и уже надеялась, что он уйдёт. Но, конечно, я ошибалась.
Лео понизил голос. Теперь, как и я, он цедил слова сквозь зубы — зло, напряжённо, нетерпеливо.
— Что за глупые фантазии! Ты сама подошла к ней. Я даже подумал, что в тебе наконец проснулся разум, что ты снова стала похожей на прежнюю Мио. Матушка права: ты всегда ищешь повод уколоть её — и в прошлом, и сейчас.
— Лорд Крамберг сказал, что либо я извиняюсь — в назначенное время, в назначенном месте, — либо теряю свою должность, — от несправедливости его слов жгло в груди. Чтобы отвлечься, я смотрела на кронпринца, на то, как он беседовал с Тамиллой, улыбался…
— Мио…
— Можешь сам спросить его, а не свою матушку, — тихо сказала я.
А потом меня словно осенило.
Почему я вообще с ним разговариваю? Почему пытаюсь что-то объяснить?
— А вообще, знаешь что? Ничего не делай. Мне нет дела до твоих фантазий и фантазий твоей семьи. Не подходите ко мне. Никто. Никогда.
Получилось куда более эмоционально, чем я хотела. Я замолчала, топя свои чувства в стакане воды, и вновь попыталась обойти Лео.
— Нет, ты не уйдёшь! Посмотри же на меня. Что с тобой? Ты ведь была такой нежной в прошлом, а теперь даже не взглянешь. Опускаешься до оскорблений, третируешь мою матушку.
Я ничего не ответила. Всё, что могла сказать, я уже сказала.
— И поверь, я спрошу лорда Крамберга! Ты хоть понимаешь, что такое поведение недопустимо? Подумай о своей работе. Куда катится твоя жизнь, Мио…
Но я хотя бы не скатилась до оскорблений, как в прошлый раз, а значит, извиняться не придётся.
Наверное…
Слава светлым богам, наш разговор прервал неожиданный спаситель. Точнее, спасительница.
— Светлого дня, Миолина. Леонард, — к нам приблизилась Аделаида Кейн, и я поразилась её состоянию.
Девушка казалась бледнее и худее, чем обычно. Тонкие каштановые волосы безжизненно свисали вокруг лица, несмотря на попытку уложить их в пышную причёску.
— Аделаида… ты в порядке? — встревоженно спросила я.
— Да, — нервно сказала она, пригладив идеально выглаженное нарядное платье, которое никак не сочеталось с её бледностью, почти доходившей до серости.
И всё. Больше она ничего не сказала, но по её виду я поняла что ей просто невыносимо было и дальше оставаться одной.
Сегодня все старались держаться от неё подальше, зная, что именно она обнаружила тело Яна Арвеллара. Ни одна из девушек не хотела запятнать свою репутацию, общаясь с Аделаидой на людях, а уж что ей приходилось выслушивать от других — и вовсе представить трудно.
Насколько мне известно по слухам, «Волк» допрашивал Аделаиду, но не смог добиться от неё ничего внятного — настолько сильной была у неё тогда истерика. Однако, раз она всё ещё здесь, выходит, ищейка посчитал её невиновной.
Матушка леди Кейн стояла поодаль и выглядела почти столь же бледной и землистой, как и её дочь.
— Мне кажется, еда пойдёт тебе на пользу, — произнесла я наконец, в который раз пытаясь обойти Лео.
На этот раз мне удалось — хотя он и попытался сделать шаг, чтобы остановить меня. Однако, наткнувшись на недоумённый взгляд Аделаиды, отступил, оставшись стоять в нескольких шагах от нас.
— Спасибо, — поблагодарила я проходившего мимо слугу, протянувшего нам закуски: свежий, удивительно вкусный бриошь с маслом и копчёное мясо. — Вот, держи. Ты на себя не похожа.
Я была так рада, что разговор с Лео неожиданно оборвался, что теперь ни за что не отпущу Аделаиду.
— Не могу есть… — девушка покачала головой. — Лицо Его Сиятельства после смерти так и стоит у меня перед глазами.
Мы обе замолчали, вспоминая графа Арвеллара, и я невольно подумала о том, что без его магнетического присутствия дворец воспринимается совсем по другому.
Спустя несколько мгновений Аделаида встряхнула головой.
— Думаю, в десятке мне больше не быть, — грустно произнесла она. — Скоро я окажусь ниже всех, даже ниже леди Зарет.
— Откуда ты знаешь, на каком она месте?
— В нашем крыле, где живут все участницы, висит огромный список. Мы всегда видим, на каком месте находимся. Поэтому сегодня многие отчаянно стараются прикоснуться к принцу, верят, что это улучшит их позиции. Впереди — отчисления, прощай, столица, дорогие наряды, балы!
