— И где же ей место? — голос куратора способен заморозить любого, кроме разгневанной брюнетки.
— Среди тех, от кого несёт навозом, — Лера машет рукой в сторону длинных столов, — по утрам она чистит свою ящерицу, а потом является сюда и портит нам аппетит.
В этот момент я выныриваю из-за спины куратора. И Лера наконец-то замечает меня. Она фыркает и вздёргивает нос, демонстрируя полное отсутствие смущения.
— В самом деле, господин куратор, я тоже хотела вас об этом попросить, — мило улыбаюсь я: — Запах навоза не столь сногсшибателен, как нежные дамские духи. Боюсь перепутать компот с одеколоном.
— Вот видите, эта деревенщина хамит мне.
— Поэтому она и будет сидеть здесь, пока не научится манерам и деликатности у вас, леди.
Что это сейчас было? Над кем издевается наш куратор?
Лицо Леры покрывается красными пятнами, она шипит:
— Я этого так не оставлю, — и совершенно неизящно плюхается на стул.
А я спокойно усаживаюсь напротив неё. М — м-м, да сегодня творожники: пышные, с поджаристой корочкой.
После Лериного выпада, я решаю не заморачиваться с этикетом. Мы деревенщины привыкли по-простому. Оглядываю стол и вижу божественное варенье из альвы. То, что надо. Щедро накладываю его на творожник, подцепляю вилкой огромный кусок и впиваюсь зубами. Обалденно. Это лучшее, что я ела в жизни. Приоткрыв глаза вижу, как Лера с возмущённо выпрямленной спиной, аккуратно нарезает творожник ножичком, накалывает на вилку крохотный кусочек и манерно, оттопырив мизинчик подносит ко рту. Само великосветское изящество. Так и голодной можно остаться.
— Видела магистра Рэйнера? — это появилась с опозданием Тери.
— Он придёт? — оживляется Лера.
— Уже. К нему приехал, — Тери стреляет глазами в сторону входа.
— Кто? О! Какой мужчина.
Мне очень хочется повернуться. Но неудобно. Опять Лера подумает, что я пялюсь на её красавчика. Да и с самим магистром взглядом лучше не встречаться. Он настолько самоуверен, что даже не усомнится в моем к нему неравнодушии.
В этот момент мне попадается творожник с бледной корочкой. Я недолго колеблюсь, вилкой ставлю недостаточно прожаренную лепёшку на ребро, зажигаю огонёк на указательном пальце и направляю тонкий язычок пламени так, чтобы он обтекал творожник со всех сторон. Короткое «пых», Лера вздрагивает от неожиданности, но я получаю то, что хотела. Любуюсь цветом своего творения и вдыхаю аромат, не замечая, что мы уже не одни.
— Эффектно, — звучит над моей головой голос Рэйнера, — но глупо. Ты бы поберегла энергию, Рыжая, она тебе пригодится на тренировке.
Он наклоняется так близко, что я чувствую его дыхание на макушке:
— Не думай, что я стану нянчиться с тобой из-за того, что ты женщина. Боевое отделение, это не танцульки.
На губах Леры появляется язвительная улыбка. Меня поставили на место, хоть и не при всех.
Но мне уже не до неё и не до того, чтобы держать лицо.
Новый порыв ветра. Моё сознание раздваивается, или нос нагло врёт. Сквозь запахи еды, Лерины благовония и тяжелый дух магистра мне мерещится кедр и можжевельник, и ещё тот самый пряный терпкий аромат, которого здесь просто не может быть.
Магистр Рэйнер выпрямляет, голос его теперь звучит высоко надо мной:
— Познакомьтесь, девушки, прибыло долгожданное подкрепление. Магистр Румер поможет мне тренировать новобранцев… и новобранку. Представляешь, Рум, впервые за все годы у нас дама на боевом.
И я уже не удивляюсь, когда в многоголосый шум столовой вплетается знакомый хрипловатый голос.
— В Предгорье женщина-воин не редкость, сам знаешь.
Мои мурашки на этот звук начинают уже привычный галоп по спине. Плохой из меня канатоходец.
— Но не в столице, здесь это в диковинку.
— А у вас в Предгорье тоже принято обсуждать человека, словно его тут нет? — не выдерживаю я, резко поворачиваясь и решительно глядя в синие глаза. Он не заставит меня стушеваться.
— Дерзкая, — с удовлетворением заключает магистр Рэйнер.
— Ну вообще-то девушка права. Мог бы и представить, — не поддерживает его тон мой знакомый незнакомец.
— Мой главный соперник на грядущих состязаниях, а также земляк и друг Рум. А поскольку ближайшие полгода он будет помогать мне дрессировать адептов боевого отделения, то для вас магистр Румер. Рум, познакомься, это госпожа Лера Лейн, дочь Первого из Девяти.
Надо же, я и не знала, что она дочь одного из Верховных магов. Если это так, почему я не чувствую в ней мощи Огня. Или, на детях магов, как водится, природа отдыхает? Но статус есть статус. Теперь понятно, почему Рэйнер так вокруг неё скачет, и слова Леры о том, что на таких как она женятся, тоже понятны. Не сомневаюсь, что новый магистр тоже оценит высокомерную брюнетку.
Он медленно переводит взгляд на Леру. О, что творится с нашей красавицей. Куда делась ядовитая ухмылка. Лера — сама нежность. А уж чего стоит глубокий вдох, поднимающий и без того высокую грудь. Эту выдающуюся часть просто невозможно не заметить.
