Я широко распахнула глаза. Это он сейчас всерьез, что ли?
– Эван, – укоризненно протянул Инвар. И блондин с заговорщицким видом подмигнул мне, показывая тем самым, что шутит.
И все-таки не оставляло меня чувство, будто он говорил всерьез.
Маверик, по крайней мере, поверил ему. Он сразу же оставил свои попытки облобызать обувь императора. Но вместо этого зарыдал в полный голос.
– Пожалуйста, простите меня! – в перерывах между горестными завываниями выдавил он. – Я так виноват! Но, честное слово, я не хотел ничего дурного. Я не думал, что все так повернется.
– Рассказывай, – строго потребовал Инвар. – Твое наказание будет зависеть от твоей откровенности. Не жди снисхождения, если я узнаю, что ты утаил от меня что-нибудь. А я обязательно узнаю, уж будь в этом уверен.
Маверик всхлипнул еще раз и внезапно успокоился. Тыльной стороной ладони вытер мокрые от слез щеки и все-таки приподнялся. Нет, вставать в присутствии императора он не решился. Маверик теперь стоял на коленях и подобострастно взирал на Инвара снизу вверх.
– Это все она виновата, – заявил он. – Эта девица. Гелия. Мы познакомились где-то за неделю до отбора. Был вечер пятницы, и я… в общем, я слегка перебрал в одном из кабаков. Она сама подсела ко мне. Я уж обрадовался. Такая красотка обратила на меня внимание. Начал рассказывать о своей жизни…
– Рассказывать? – мягко переспросил Эван. – Или бахвалиться связями в императорском дворце?
– Ну, возможно, я слегка приукрасил действительность, – немного смутившись, признался Маверик. – Хотел произвести впечатление на нее. Вот и ляпнул, что скоро буду вести императорский отбор. А она… Она все смеялась, что я хвастаюсь. И подливала мне еще и еще вина. Ох, и надрался же я тогда!
Инвар посмотрел на столик с напитками, где стояла недопитая бутылка вина. Затем перевел взгляд на свою руку, перевязанную платком. И покачал головой, должно быть, отказавшись от мысли выпить.
– Утром я проснулся в незнакомом месте, – продолжил лихорадочно сыпать словами Маверик. – Как потом выяснилось, она снимала жалкую и бедную комнатушку.
– Ты с ней спал? – перебил его Инвар.
– Нет-нет! – Маверик испуганно замотал головой. – Ну, то есть я попытался было подкатить к ней. Мол, красавица, ночь прошла волшебно, и я был бы не прочь повторить. А Гелия расхохоталась мне в лицо. Сказала, чтобы я и не тешил себя надеждами. И вообще, у нее ко мне есть дело. Я должен помочь ей пройти отбор. Сделать все, чтобы она дошла до финала. А в ответ она щедро отблагодарит меня за помощь. И деньгами, и наследным титулом, когда станет императрицей.
– Десять лет до этого отборы не завершались свадьбой, – не выдержав, подала я голос. – Почему она была так уверена, что на сей раз выигрыш не ограничится лишь праздничным ужином с императором?
Маверик вздрогнул и взглянул на меня, явно только сейчас заметив мое присутствие.
– А, и ты здесь, – с глухой ненавистью пробормотал он и рукой невольно прикоснулся к носу. – Что, уже перестала играть роль наивной простушки? Не догадывалась она, как же, с кем общается.
Я аж задохнулась от негодования. Но я ведь действительно не имела никакого понятия, что Ивар на самом деле император!
– Шиара Гретхольд задала правильный вопрос, – вмешался Эван, не дав мне вымолвить и слова в свое оправдание. – Почему эта самая Гелия была так уверена, что на сей раз конкурс завершится предложением руки и сердца?
– Понятия не имею. – Маверик пожал плечами. – Я спросил ее, но она лишь рассмеялась и посоветовала мне не тревожиться на сей счет. Мол, от меня требуется лишь помощь с испытаниями. Для этого ей нужно немного моей крови. Все остальное – не мое дело.
– Крови? – Эван сурово сдвинул брови.
– Да, мне это тоже не понравилось, – признался Маверик. – Но Гелия сказала, что ей необходимо всего несколько капель. И она платила золотом! Поэтому я не стал задавать лишних вопросов.
– Так, – сухо обронил Инвар, вновь вступив в разговор. – А что насчет Мирайи? Чья была идея пригласить ее на конкурс?
– Моя, – понурившись, признался Маверик. Тут же затараторил вновь, привычно оправдываясь: – Но я понятия не имел, чем все это закончится! Гелия спросила, знаю ли я какую-нибудь девушку… – На этом месте он запнулся, искоса глянул на меня и добавил: – Ну, девушку, которая была бы особенно близка к императору.
Инвар тоже покосился на меня с какой-то виноватой усмешкой, судя по всему, прекрасно поняв, на что намекал Маверик.
Я недовольно поджала губы. И не надо относиться ко мне как к ребенку! И так понятно, что Мирайя была фавориткой императора. Очень сомневаюсь, что за все эти десять лет, прошедшие после истории с Леонорой, Инвар ни разу и ни с кем не имел отношений. Он все-таки взрослый мужчина.
