Момент действительно настал. Конные рыцари ещё вели ожесточённую сечу со вцепившимися в землю защитниками фланга войск Дании, но их уже обходили две пехотные части германцев, не пытающиеся помочь коннице, а устремлённые в тыл. Идеальная сплочённость людей на одном обширном, но не таком большом для стольких участников участке земли.
В текущий момент я понимал, о каких реальных возможностях говорил Рассказчик, предлагая просто уничтожить угрожающие нашим планам силы. Я был сейчас в состоянии устроить настоящий огненный армагеддон в отдельно взятом месте, и я планировал это сделать. Была только небольшая загвоздка, которую хотел уточнить у моего покровителя, но из-за хорошо работающего ума вопрос остался не заданным.
В середине сил имперцев оказались и силы союзников, которые… Которым, как я решил, не посчастливилось там оказаться в моменте. Момент упускать нельзя.
Элементы усиления, элементы ускорения, расчёт выпускаемого потока энергии - в обычном случае со всеми ухищрениями я бы не смог достать своей магией на расстояние в милю. Сейчас я об этом не думал, всё осталось где-то на заднем плане, давая абсолютное знание. Стоило просто пожелать, чтобы на видимом мною участке начался огненный смерч… И он начался!
Только мне этого показалось мало, огню, который я ощущал всем естеством, этого показалось мало. Поэтому к недостаточно сильному огню со всех сторон хлынули потоки воздуха, закручиваясь в спирали, уходящие вверх. Это придало пламени настоящую силу, которая уже не позволяла слабым магам, коих было много в рыцарской кавалерии Империи, защищаться от жара. Теперь и площадь огня увеличилась настолько, насколько было необходимо для уничтожения всей идущей на прорыв живой силы противника.
Увиденное ужасало, вновь вытаскивая из глубин сознания вопрос: “Зачем это всё?” Кому нужно столько смертей? Неужели для этого были рождены все эти тысячи людей, которые в один момент были сожжены заживо для того… А для чего? Точно могу сказать, что погибли они в моих интересах, но точно не только в моих. Сам я погиб совсем недавно в чьих-то интересах, а теперь пытаюсь просто спасти… чужую шкуру и свою душу? Скорее получить ещё один шанс на жизнь.
- Отбраковка…
Конечно, мои размышления были доступны моему невидимому спутнику.
- Или отбор. Как угодно можно назвать этот процесс. Жизнь стремится организовываться во всё более сложные формы, при этом ища наиболее оптимальные способы по поддержанию этой жизни и её распространению. Очень странное желание, которое требует для себя реализации.
- Зачем?
- О, друг мой, это, пожалуй первый вопрос, который разумный человек задал себе в момент просветления. Слишком сложная материя для такого поверхностного разговора, а для нормального у нас нет времени.
- И что, - пытался я выпытать ответы у высшего существа, - по другому никак нельзя?
- Во всём виновато простое стремление к сохранению энергии при стремлении жизни к экспансии. Начало термодинамики, если тебе это о чём-то говорит. Такой же безжалостный закон природы, как и сука гравитация!
Не будет сегодня простых ответов на беспокоящие меня вопросы.
- Сорок два!
- Что?
Не понял о чём он.
- Сорок два - ответ на все твои вопросы.
- При чём тут сорок два?
- А при том! Теперь у тебя вместо кучи банальных вопросов, есть один небанальный! Ищи ответ на него, хе-хе, но он для тебя может быть сложнее других.
- Это же какой-то бред!
- Это да, но вот в чём проблема бреда. Тебе его сказала высшая сущность, как ты меня называешь. Вот и пойми теперь, может быть ты упустил откровение?
Моя голова всё ещё хорошо соображала, поэтому слова Рассказчика я воспринял серьёзно, обдумал и… отправил куда подальше. Сейчас я был точно не готов к подобным размышлениям. Надо было отсюда быстро уносить ноги. Бой ещё не был окончен, но теперь было понятно, что разгрома ни одной из сторон сегодня не будет.
- Верно мыслишь, пора валить! Тебе ещё в принца переселяться.
Вот же гадство! Мне ещё переправляться и мчать в публичный дом к Иде. А времени совсем мало.
Умирать Бергит не хотелось. В первом бою после смерти Херлуфа, подтвержденной найденным телом, она искала смерти, но та стычка не могла нести серьёзной опасности. Конечно, при желании можно было умереть и без наличия опасности, только настоящего стремления к смерти не было, просто была обида, которую хотелось чем-то задавить.
Давить обиду выходило только последующими битвами, благо что Священная Империя в своём желании отнять у неё не только любимого человека, но и родные земли не желала останавливаться. И как ни странно, лекарство оказывалось действенным. Каждый день, когда видишь сотни смертей своих соотечественников, её персональная смерть уже не казалась решением. Нет, точно не время и не место, когда в ней есть необходимость.
