Можно написать так: У них было время подготовиться к эвакуации с гибнущего корабля. Но… Можно так: Он бы очень странным — и его притягивало ко всем странностям, которые нашлись на второй планете его пути. И так: с ним никто не пытался по хорошему — все пытались по нормальному. Не получалось… Или даже процитировать краткое описание сюжета: «— А ты уже во владельцы пол-царства собрался? То-то я гляжу, ты так напрягался, добывая себе топор-кладенец и арбалет-самобой. — Ага. Осталось только получить координаты пещеры, в которой живёт дракон, охраняющий пенис-самотрах — и полцарства с принцессой в нагрузку — моё». В крайнем случае — предупредить, что события развиваються по накатаной колее: начало уровня, вооружение юникальными шмотками, знакомство с картой, начало квеста (потерять девушек — сходить набить морду тем, кто их украл) Но! Соль в том, что второй отчёт об злоключениях, которые агент Достал вывалил на окружающих, цветаст шуточками и выражениями: «— Етидрёно трешить необратимо гнилой анус виноватого!!!! — высказался кто-то временно заменяющий меня. Я был очень занят придумыванием эффективного способа избегнуть магической атаки. Секунд через пять до меня дошло сообщение из нетронутых паникой глубин памяти, которое гласило, что в природе нет существ, способных аккуратно исчезать куски почвы метр на два на три с гаком, и избирающих именно этот способ, чтобы тупо приколоться над незнакомыми девушками, и что самое большее, на что я мог надеяться — заранее изготовленная ловушка, а если быть реалистом, то логичнее всего будет предположить, что это вход в чью-то норку, не выдержавший массы положительных эмоций, переполнивших подруг».
Шатаясь, я стоял в строю и слушал гуляющий в голове тихий звон, готовый в любой момент перейти в сносящий крышу набат.
— Харш, ты в порядке? — побеспокоилась Джейн, наклоняясь заглянуть мне в глаза. Мой взгляд был опущен к ботинкам, из которых торчали пятнистые штанишки. Этот вид, запомнившийся вместе с командой равняйсь![1] навеял другие ностальгические воспоминания и я представил, как бы выглядел такой вопрос, задай его мне сержант в учебке[2]. И как выглядела бы российская армия, если бы Джейн оказалась в ней в роли сержанта.
— Ага. — Хихикнул я ей.
— Ну тогда, пожалуйста, обрати внимание на нашего капитана. Он уже три минуты ждет.
— Спасибо, инструктор, я мог бы позаботиться о себе сам. — прогудел кэп. — Но предпочитал подождать, пока рекрут Харш самостоятельно экстравертируеться[3] после усиленной лингвоимплантации[4].
— Гахи зе турска. — выругался я неожиданно для себя, и, оторвавшись от ботинок уставился на капитана.
— Я рад, что ты здоров. — ответил он и продолжил терзать нас новым языком, стремившимся исчезнуть из памяти с настойчивостью трехлитровой клизмы:
— Итак, молодые войны! Наш транспорт получил повреждение движущей части. Последние три часа мы летели, сохраняя движение. За эти три часа, как вы заметили, вы переоделись в свою одежду и получили быстрое знание двух новых языков. Думаю, вы хотите знать, зачем.
— И еще зачем вырезали трубки из бедер? — встрял Бэт. Остальные немедленно оказали ему поддержку в нелегком деле срыва лекции о том, что с нами.
— И почему мне не вернули мою обувь, а дали это? — Нат ткнула в свой ноги, завернутые в уродливые мокасины из серого шелка.
— И что это за кулоны? — Дарк зацепила пальцем тонкую стальную цепочку, на которой болтался стальной кулон размером с ноготь.
На меня Джейн молча, пользуясь оглушенностью усиленной лингвоимплантацией, повесила такой же сразу же после того, как, Каршо после блужданий по кораблю завел меня в широкий коридор с двумя десятками дверей в одной из стен. Остальные уже сидели в коридоре, напоминая толпу панков[5], ожидающих задержавшегося поезда. Правда, как только я появился, кэп превратил панков в группу призывников, еще не успевших получить форму — построил и начал неспеша вводить в курс дела.
— Стоп! — остановил кэп вал панических вопросов. Остановил скорее мрачностью взгляда, чем рыком. Он заглянул в глаза правофлагнового, затем следующего, взглядом сообщая, что жить нам осталось не долго, но мучительно. — Положение… — он споткнулся о мои глаза — Сейчас я скажу, что будет с нами через… — он опустил взгляд к часам. — …сорок две минуты и вы поймете.
— Транспорт подлетал к звезде и трем планетам, от которых должен был выстрелен другой транспорт без людей с горючим, водой и прочим. На первой от звезды планете живут люди, развившиеся до городов, племен и арбалетов. Два языка, что вы изучили — это их.
— Мы что, туда в гости собираемся? — восхищено воскликнул Мик. Поворот головы поглядеть на радостного Мика, собравшегося, видно, в бесплатную турпоездку, дал возможность увидеть, как построившаяся рядом с ним Нат вцепилась ему в ладонь. Ее лицо выражало желание спрятаться у Мика за пазухой. Кэп сделал лицо еще более мрачным и отрубил:
— Придется. На второй планете автоматическая станция, которая стреляет по всем кораблям, появляющимся в системе без подачи на нее пароля на посадку. Через… сорок минут нас собьют.
— Ой! — тихо воскликнула Мара. Ее вскрик подхватил хор шумных вздохов.
Испуганный вскрик Мары наконец-то донес до меня мысль, что кто-то из знакомых может умереть, и из низа живота начал растекаться по телу натягивающий мышцы холодок. Добравшись до головы, он заморозил звон и разбил его хрустом сотен сосулек. Место звона заняла деловитая тишина.
— Поэтому через двадцать минут мы погрузимся в одноместные спасательные капсулы и с интервалом в секунду отстрелимся в направлении планеты.
Далее… По закону о Невступивших в Конфедерацию планетах за неоправданное внесение на нее предметов, которые не могут быть произведены туземцами исходя из их технологического уровня развития — пятьдесят лет каторги. Нат, твои ботинки пластиковые. Очень заметно пластиковые. На остальные тоже есть странные вещи. Например, на рекруте Харше неснимаемые браслет с часами и камуфлированная ткань. Почти на всех есть молнии и высокотехнологичные ткани. От них надо избавится при первой возможности, чтобы не привлечь внимания местных, которые будут не против поджарить на костре демона из другого мира.
— Сэр, а капсулы? — тоном ветерана, осторожно намекающего молодому командиру на супердебильность приказа, спросила Лайт.
